Тысяча жизней подряд

Если, конечно, вы не родственные души.

Она нервно облизнула губы кончиком языка.

– Фокс говорил мне об этом еще несколько жизней назад, но разве у меня есть выбор? Если я даже не стану пытаться, то наши души будут потеряны навсегда.

– Я поговорю с Селиной Монтегю, когда вернусь обратно. Она по-прежнему главная в Круге. Может быть, ей удастся снять проклятие. Вообще-то это нарушает правила Кодекса, но, может быть, она сделает исключение.

Арвин улыбнулась, и в ее глазах я заметила недоверие.

– Вы когда-нибудь обращались к Кругу? Разговаривали с Селиной или, я не знаю, приносили извинения?

Да, я понимала, что существовали законы и правила.

Но иногда правила можно и пересмотреть. Седрик уже дважды спасал меня, а ведь он больше не был защитником. Вообще-то ему ничто не мешало позволить мне умереть. С этим тоже нужно было считаться.

– Нет, мы не обращались к ней. И она не окажет нам никакой помощи.

Я откинулась на покрывало.

– Ну, тогда тебе стоит быть в ярости или, по крайней мере, сердиться на меня.

Я одна из них, и мы несем ответственность за твою судьбу.

Арвин, улыбнувшись, покачала головой:

– Никакой ответственности за мою судьбу ты не несешь. Только я одна. Мы все.

Поднявшись с постели, она обняла меня. Потом подхватила бутылку с хересом и бокалы.

– Я и в самом деле рада, что Седрик привел тебя сюда. Обещаю приложить все усилия, чтобы освободить его душу. Надеюсь, что в будущей жизни мы увидимся снова.

У меня остался последний вопрос, и я не могла удержаться, чтобы не задать его.

– Как мне поговорить с Седриком наедине? Без Клэр!

– Просто прокрадись в его комнату. Она этажом выше, третья дверь от лестницы.

Я не это имела в виду. Конечно, я могла бы пойти к нему, но не собиралась ни бегать за ним, ни пытаться узнать, поехал ли он к Клэр. Вместо этого я поплотнее закуталась в одеяло. Уже засыпая, я подумала, что мне не стоило желать, чтобы Арвин старалась лучше. Если их проклятие будет снято до 2019 года, то, быть может, в моей жизни мы с Седриком больше не встретимся.

С этой мыслью я погрузилась в сон без сновидений и пробудилась только тогда, когда до моего слуха донесся звон посуды, а Эмили уже стояла у моей постели с подносом в руках.

– Который час? – спросила я, потирая глаза. От выпитого накануне хереса раскалывалась голова, и я подумала об Арвин. Как она себя чувствует?

– Почти десять. Сэр Сэдрик попросил меня разбудить вас.

Видимо, Эмили мое непочтительное замечание позабавило, потому что она хихикнула.