Тысяча жизней подряд

Он поцеловал меня в висок.

– Ну вот, испортил всю атмосферу, – недовольно произнес он. – Но нам и в самом деле нужно потихоньку сворачиваться.

– Что мы теперь будем делать?

– Не знаю. Ты мне веришь?

– Мы – родственные души. Конечно я тебе верю. Скажи ты мне об этом раньше, нам бы удалось сэкономить эти несколько дней.

– Ты ни в коем случае не должна подавать виду, – строго сказал Седрик. – Мы уже наступаем Селине на пятки.

– Разве мы не можем устроить ей ловушку? Если Лазарь хочет получить меня, то, может, мне стоит пойти туда, где он может выследить меня, и мы выдадим это место только Селине…

– Это не кино и не книга, – прервал меня Седрик.

 – Речь идет о твоей душе. Тебе не стоит так легкомысленно рисковать ею. Мы здесь, чтобы защитить тебя, а не для того, чтобы принести тебя в жертву.

Теперь, когда мне была известна причина его стремления во что бы то ни стало защитить меня, я понимала, что обсуждать происходящее с ним совершенно бесполезно. Мне было любопытно, когда Седрику стало известно о том, что мы с ним – родственные души.

Мы собрали остатки нашего пикника, и Седрик помог мне подняться по склону. В город мы возвращались, крепко держась за руки. На прощание он коснулся поцелуем моего лба, кончика носа и губ.

– Тебе лучше войти, – прошептал он мне в волосы. – Там, за занавеской, кто-то есть.

– Наверняка это одна из любопытных подружек моей бабушки. Им я могу довериться? – Я даже не знала, что буду делать, если нет.

Я с облегчением поцеловала его в последний раз.

– Береги себя, – сказал он.

 – Обещай мне.

– Не волнуйся за меня.

– Я всегда беспокоюсь о тебе, и не перестану это делать, пока не положу конец проискам Лазаря и Селины.

Я как раз упаковывала заказанную книгу, когда в двери магазина прошмыгнула Арвин. Все утро я уговаривала себя не идти на форт, не смотреть на Седрика, не разговаривать с ним и не прикасаться к нему. Я скучала по парню и понятия не имела, как выдержать без него каждую следующую секунду. Теперь, когда Седрик больше не подавлял связь наших душ, она развивалась с такой силой, что это почти пугало меня.

Если я его потеряю, то тоже умру. Вот так просто. Поэтому опускать руки было никак нельзя. Я помогу ему, но для этого мне было нужно больше информации. Если моя душа на протяжении уже многих веков была целью Лазаря, то что-нибудь об этом обязательно должно было быть написано в моей Книге Душ. И если я найду в своем прошлом что-то такое, что поддержит версию Седрика, я смогу обвинить Селину.