Тысяча жизней подряд

О да, ему срочно требовалась душа. От человека, с которым я встречалась в разные века, в нем уже почти ничего не осталось. И это несмотря на то, что он уже получил душу Клэр. – Что с моим отцом?

Лазарь, казалось, абсолютно не замечал ту борьбу, которая разразилась вокруг нас, сосредоточенно рассматривая свои длинные желтые ногти.

– Я старательно хранил его душу. Думал, что когда-нибудь она сможет мне пригодиться. – Я зажмурилась. – Это очень хорошая душа. Такая светлая. – Теперь он почти мурлыкал. – Я бы променял ее… на твою.

– У тебя не получится шантажировать меня. – Мое сердце колотилось у самого горла. – Так вот как ты отблагодарил Селину за то, что она спасла тебе жизнь? Ты сказал ей, что держишь у себя осколки души ее сестры?

– О, они у меня. – Лазарь хитро улыбнулся. – Она делала все, чего я требовал. Но теперь она мне уже не пригодится. Когда я получу твою душу, Селина мне больше не понадобится.

На секунду я закрыла глаза. Моя магия вернулась. Более сильная и послушная мне, чем когда-либо прежде.

Моя ярость питала ее.

– Где ты спрятал эти осколки?

Лазарь рассмеялся, и его смех, казалось, был смехом сумасшедшего или обреченного на смерть.

– У этой игры другие правила.

Я не позволю ему шантажировать меня. Нельзя, чтобы смерть моих родителей, Стеллы, Мари и всех остальных Просветленных оказалась напрасной.

Лазарь был уже совсем рядом со мной. Подняв руку, я прижала ее к торсу охотника. От его тела остались кожа да кости. Глаза Лазаря расширились от изумления – такого он явно не ожидал.

Моя магия рванулась вперед, и вокруг меня разразился ад. Я чувствовала энергию бабушки и всех остальных четырех Просветленных, находившихся в помещении. Ослепительно-яркая магия прорезала темноту. Искры взметнулись в воздух, и следом раздался вопль. Лазаря швырнуло о стену, но он удивительно быстро вскочил на ноги и бросился на меня. Увернувшись, я обрушила на него второй магический удар. Душа Клэр дала ему больше сил, чем я думала. В комнату проникало все больше охотников, но расправа с большинством из этих монстров не требовала особых усилий. На какое-то мгновение я отвлеклась, а когда снова повернулась к Лазарю, то увидела, как он прошмыгнул в заднюю дверь. Он что, собирался сбежать? Я бросила взгляд на Седрика, который, свернувшись калачиком, лежал у моих ног, а затем с тяжелым сердцем приняла решение. Я опустилась на колени и поцеловала его в щеку.

– Я сейчас вернусь, – пообещала я. – Держись.

Я не позволю Лазарю сбежать.