Тысяча жизней подряд

Я никогда ничего не слышала об исчезнувших колдуньях. И тем более я не собиралась верить обвинениям и лживым россказням какого-то Проклятого. Чего он вообще добивался этим?

– Тебе никто не говорил, что в каждом столетии исчезает одна колдунья? Лазарь не довольствуется простыми душами. Он хочет больше, чем просто малая толика энергии. Главному охотнику нужны могущественные души. Стелла Монтегю была первой. Он сделал ее своей спутницей. С тех пор он пристрастился к вашей магии. Вы можете быть счастливы, что он довольствуется лишь одной из вас в каждом столетии.

– Чушь какая-то. Селина отняла у него осколки души своей сестры. Частички души Стеллы вернулись в Первоначальную душу.

Седрик невесело рассмеялся:

– Так сказала всем вам Селина, но это – неправда. Как бы у нее это вышло? Ты что, и в самом деле веришь всему, что тебе говорят, или все же иногда что-то подвергаешь сомнению?

Я скрестила руки на груди. По-моему, это уж слишком.

– И при всем при этом ты ждешь, что тебе я поверю? Но почему я должна это делать? Какая бы колдунья ни наложила на тебя проклятие, у нее была веская причина это сделать.

Я вызывающе уставилась на Седрика. Кем он себя возомнил, и – что было намного важнее – за кого он принимал меня? Неужели он думал, что я буду слушать его с открытым ртом, как серая мышка, не способная сказать ничего, кроме «да» и «аминь»? В каком только веке он родился? Его отношение к женщинам было совершенно невозможным.

Седрик обеими руками провел по волосам. Жест выглядел почти отчаянным, и часть моего гнева мгновенно испарилась.

– Обладание моей душой вряд ли принесет ему достаточно удовлетворения, – сказала я, обращаясь скорее к себе, а не к нему. – В ней нет ничего особенно примечательного. Я не помню ни одной из моих прошлых жизней и даже не могу с должной аккуратностью перемещаться во времени, потому что мне сразу становится плохо. А кроме того, он, должно быть, даже не знает, что я нахожусь здесь, – перечисляла я причины, которые для меня были очевидны.

– Он знает, – мрачным голосом произнес Седрик, в то время как я не могла отделаться от ощущения, что он скрывает от меня что-то важное. Я чувствовала, что моя решимость не верить ему начинает сдавать позиции.

– Откуда? – спросила я. – Почему он должен интересоваться мной? С того момента, как произошел тот несчастный случай, бабушка прятала меня здесь. Я полагала, что он забыл обо мне.