Тысяча поцелуев

С этого момента Сара больше не гадала, почему он редко улыбается: теперь ее удивляло, как он может улыбаться вообще.

Глава 13

Восемь часов вечера

Голубая гостиная, Уиппл-Хилл

Когда речь шла о светских мероприятиях, Хью никогда не мог для себя решить, что хуже: прийти рано и подвергать себя пытке каждый раз подниматься при появлении очередной леди, или попозже, но стать центром внимания, пока прохромает в комнату.

Но этим вечером выбор за него сделала изувеченная нога.

Он не преувеличивал, когда предупредил Сару, что нога скорее всего к вечеру будет болеть сильнее, но все равно порадовался, что леди взяла трость.

«Пусть хоть это, – почему-то без горечи подумал Хью, – если уж не могу подхватить ее на руки и отнести в безопасное место».

Жалкое утешение для мужчины, но что поделаешь!

К тому времени как он вошел в просторную гостиную, большинство гостей уже собрались – около семидесяти человек, на беглый взгляд. Больше половины так называемого Каравана разместилось в ближайших гостиницах. Днем они развлекались в доме, а вечерами уходили.

Хью даже не потрудился сделать вид, что собравшееся общество ему интересно. Они с Сарой провели остаток дня в библиотеке. Иногда болтали, но в основном просто читали, а еще она попросила его продемонстрировать свои блестящие математические способности (именно так она выразилась), и он согласился.

Хью терпеть не мог подобные испытания, но она реагировала с такой непосредственностью и с таким восторгом, что никакой неловкости он не чувствовал.

Он понял, что судил о ней неверно.

Да, она чересчур мелодраматична и склонна провозглашать самые банальные истины, но вовсе не простушка, каковой он когда-то ее считал. Постепенно Хью стал понимать, почему она была к нему так агрессивно настроена. Он причинил ей много неприятностей, сам того не желая. Она действительно провела бы первый сезон в Лондоне, если бы не его дуэль с Дэниелом."

"Хью не стал бы утверждать, что разрушил жизнь леди Сары, но теперь, узнав ее лучше, уверился, что она вполне могла бы очаровать любого из тех легендарных четырнадцати джентльменов, однако не мог бы заставить себя и пожалеть об этом.

Когда он нашел ее – по звонкому смеху, – она сидела в кресле посреди комнаты, пристроив ногу на маленькую оттоманку. С ней была одна из кузин, та, бесцветная, по имени Айрис. Отношения между ними были странные, – порой леди, похоже, даже соперничали. Хью никогда не взял бы на себя смелость заявить, что понимает женщин, но это и ему было ясно.