У лжи есть имя

Чтобы больше никогда не испытывать того, что ощущаю сейчас.

– Открой дверь, – пустым тоном требую я на выдохе, потеряв все силы на сопротивление и разговоры.

В ответ на мою просьбу мужчина пересекает широкими шагами комнату и, подойдя ближе к двери, касается рукой круглой ручки, медленно поворачивая её по часовой стрелке.

– Она открыта, принцесса, – спокойно произносит он. – И всегда была открыта.

Дверь свободно распахивается передо мной.

– Считай, первый урок ты усвоила.

Резко подняв глаза на незнакомца, сжимаю кулаки до такой степени, что кожа рвётся под ногтями.

Неожиданно для самой себя замахиваюсь и влепляю ему пощёчину с такой силой, что ладонь начинает печь от ядерной боли. Внутри меня закипает ненависть и дикая ярость, которые копились и росли с той самой секунды, как я оказалась здесь.

Смятые в тонкую линию губы мужчины мгновенно принимают мeртвенно-белёсый оттенок. Мышцы от крепко сжатой челюсти напрягаются и медленно наливаются свинцовым ядом. Его железный взгляд выжигает на каждой клетке моего тела предупреждение об опасности.

Я чувствую это… ощущаю этот ожог кожей, но я совершенно далека от того, чтобы слушать разум и как можно быстрее бежать от зверя, способного прямо сейчас вцепиться мне в глотку своими острыми зубами.

От всплеска жгучего адреналина мои ноги и тело не слушаются меня, и я ещё раз бью незнакомца, чувствуя, как каждая пощёчина приносит мне необъятное облегчение. Ладони изнывают от неистовой искрящей боли. Как хочется содрать с его лица маску и повторить то же самое, чтобы он почувствовал по-настоящему мою ярость и ненависть к нему.

Слёзы щиплют глаза, кровь пульсирует в висках с бешеной скоростью, а от агонии бьёт озноб такой силы, что стучат зубы.

Но всего один его шаг в мою сторону лишает меня всякой опоры под ногами. Резко схватив за края мантии, незнакомец поднимает меня вверх и толкает к стене с такой мощью, что от жeсткого соприкосновения с холодным бетоном из моей груди вылетает весь воздух.

– Закончила, сука?! – нечеловеческим тоном рявкает он так громко, что я почти лишаюсь слуха.

Его ярость до жути пугает, замораживает моментально все внутренности. Меня начинает душить собственный инстинктивный страх, заставляющий в панике хватать воздух ртом. Я взвизгиваю в истерике, когда он, оторвав меня от стены, словно безжизненную куклу, вновь повторяет своё движение и бьёт ещё раз об стену, отчего изнутри меня прорывается глухой кашель из-за сбитого дыхания.