У ночи тысяча глаз

— У вас в комнате что-то есть? Вы хотите, чтобы я пошел посмотрел? — И, прищурившись, добавил: — Или, может, вы что-то слышали, а?

— Нет-нет. Ничего. Я думаю, это всего лишь сон.

— Постойте немного здесь, — попросил он, а сам пошел по коридору в ее комнату.

Она стояла, прижимаясь к стене, как ребенок, который старается, чтобы его не заметили. Ей показалось, что он отсутствовал бесконечно долго. Том, должно быть, очень тщательно осмотрел комнату. Джин слышала, как потрескивает дерево оконных рам, — это он проверял, плотно ли они закрыты.

Наконец Шон вышел в коридор, и она так обрадовалась ему, как будто он отсутствовал целый час.

— Все в полном порядке, — доложил детектив.

— Не знаю, с чего вдруг я побежала к вам.

— Это же вполне естественно. Именно для этого я здесь и нахожусь.

Он стоял, глядя на нее, а она подумала: «Мне придется идти туда снова. Вот чего он от меня ожидает».

— Вам уже лучше? — спросил он, пристально вглядываясь в ее лицо.

Она кивнула и подумала, обмануло ли его то, с какой готовностью она кивнула.

— Эта штука вас не пугает? — Он бросил взгляд на пистолет, который все еще сжимал в руке.

— Нет, она мне нравится. Хорошо, что она у вас есть."

"— Так-то оно так, но мне не следует размахивать ею, как будто я в каком-нибудь салуне из фильма о покорении Дикого Запада. — Он убрал пистолет.

Шон посмотрел на нее. Потом — на открытую, как бы ожидающую дверь. Потом снова на нее, раздумывая, как лучше всего поступить.

— Хотите вернуться к себе? — как бы для пробы спросил он.

— Не знаю, смогу ли я снова зайти туда. Но я попробую.

— Давайте я провожу вас до двери вашей комнаты?

Они прошли по коридору, медленно, неторопливо, словно преодолели огромное расстояние, а не каких-то несколько шагов.

— Вы сможете там находиться? Не испугаетесь?

Она повернулась, готовая войти. Комната предстала ее взору, все еще населенная остаточными призраками сна, и она невольно отпрянула.

— Я немного постою здесь, — сказал он, — пока вы снова не уляжетесь. Оставьте дверь приоткрытой. Я не буду заглядывать.

Он повернулся боком и стоял в дверном проеме, упершись взглядом в стену.

Джин вошла, набравшись смелости. Сбросила с себя одежду и накрылась одеялом.

— Ну как? Теперь все хорошо? — спросил он не поворачивая головы.

— Я не могу, — простонала она вдруг, содрогаясь, как от боли. — Не могу.