Его рука спустилась ниже, и ее ресницы затрепетали в молчаливом согласии. Она была готова отдать ему всю себя, чтобы заново испытать те изысканные наслаждения, которые он ей когда-то дарил. Почувствовав руку Луки на своем животе, Джемма удивилась тому, что он успел расстегнуть молнию на ее брюках. Тут его пальцы скользнули под шелк трусиков…
Лука смотрел на нее своими серебристыми глазами. Все было именно так, как ему запомнилось. Даже лучше. Он настолько сильно хотел Джемму, что пугался собственного голода, когда видел ее прекрасное лицо.
– Джемма, открой глаза, – хрипло взмолился Лука.
Густые ресницы затрепетали, и она одарила его своим золотистым взглядом, подернутым желанием.
– Ну, назови же меня по имени.
– Лука, – пробормотала она и попыталась стянуть с него рубашку.
– Еще, – настаивал Лука, целуя поочередно ее соски. Он чувствовал, что ее возбуждение достигло пика, и его захлестнуло мучительное желание немедленно, сейчас же взять ее… – назови еще раз мое имя, Джемма.
– Лука, – простонала она, – Лука, продолжай…
– Хорошо, очень хорошо.
– Испытывая нечеловеческие мучения, он вскочил на ноги.
Джемма подняла на него изумленный, охваченный страстью взгляд и увидела холод его глаз.
– Мы должны остановиться. Ты с готовностью произнесла мое имя, значит, теперь никогда не спутаешь меня ни со своим мужем, ни с любым другим мужчиной.
Джемма вздрогнула от его неумолимого голоса. Что-то случилось, но она не могла понять, что именно. Она инстинктивно села.
– Как бы красива и соблазнительна ты ни была… – он протянул руку и убрал с ее глаз завиток волос, – я не стану заниматься с тобой любовью в этом храме памяти твоего мертвого мужа.
– Его слова падали на нее как ледяные струи, вызывая дрожь. – В следующий раз мы займемся любовью там и тогда, где и когда я сочту нужным, Джемма.
Она не верила своим ушам. Он разыграл эту сцену только для того, чтобы потешить свое тщеславие? Как же она могла совершить такую глупость?
Ее растерянный взгляд наткнулся на висевший на противоположной стене портрет Алана, и это внезапно придало ей силы.
Джемма судорожно вздохнула. Надо сделать все, чтобы не выдать своего состояния. Нельзя допустить, чтобы он почувствовал себя победителем. Нужно переиграть его.
– Ты прав. Это неподходящее место. – Выдавив улыбку, она натянула топ и машинально разгладила его на груди, стараясь прийти в себя. Если бы ее не мучили стыди гнев, она бы посмеялась над удивленным выражением его лица. – Спасибо, что напомнил мне.
