У Великой реки. Битва

Наверное, серьезный косяк это у них. А лично я продавца вполне понимаю – мало ли что в таком развеселом месте случиться может. Хоть местные бандюганы заезжую публику и не трогают, но сама публика тоже всякая бывает.

Толкнулись мы в соседнюю с магазином дверь и уперлись в двоих орков с уже начавшими надоедать дубинками и револьверами на поясах, стоящих как изваяния возле гардероба, в котором за стойкой красовался друэгар. Над друэгаром висел огромный плакат, на котором на трех языках было написано:

«КТО ПЕРВЫЙ ДОСТАЛ СТВОЛ – ТОТ И КРАЙНИЙ, И ЗА СТРЕЛЬБУ В ЗАЛЕ ОТВЕТИТ.

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ЧТО-ТО СДЕЛАТЬ – ЧУТОК ПОДУМАЙ, ХОЧЕТСЯ ЛИ ТЕБЕ СЕГОДНЯ ПОМЕРЕТЬ».

Доходчиво. И понятно. И никакой ложной скромности в изложении правильной и простой в сущности мысли. Достанешь волыну первым – кругом виноват. А если кого стрельнешь, то отсюда уже не выберешься. Такие правила действуют здесь по всему городу, насколько я слышал. Судов, урядников и тюрем нет, каждая банда на своей территории свой суд вершит.

А приговоров здесь всего три: могут оштрафовать, и попадешь ты на такие деньги, что последние штаны продашь. А чтобы не думал, надо расплачиваться или не надо, колдун наложит «Временную печать». Не привезешь деньги за отпущенный срок – сгоришь как свечка, и никто не погасит. А будут гасить – еще больше помучаешься. А если не рассчитаешься, но прятаться не станешь, то могут самого в рабство продать. Или убьют. Пристрелят сопротивляющегося или как-нибудь творчески подойдут к казни сдающегося. Так что лучше сопротивляться: пуля лучше котла с маслом, например. И даже петли.

Хотя… я посмотрел на друэгара, изображавшего гардеробщика. А друэгар-то колдун. Только прикидывается скромнягой, принимающим плащи да пыльники от посетителей. И в карманах у него что-то понапихано, Силой так и прет. Наверняка какие-нибудь боевые амулеты, чтобы можно было буйных обезвреживать. И на шее под одеждой что-то висит. И посох у него с навершием к стойке прислонен.

Учтем.

– Прочитали? – спросил нас один из орков с затейливой татуировкой на лбу, над правым глазом, показав на вразумляющий плакат.

– Прочитали, – кивнул я. – Вопросов нет.

– Раз нет, то проходите, – сказал второй орк, с огромной рубиновой серьгой в ухе.

Мы прошли еще за одни двери и оказались в здоровенном зале. Я даже сперва замер от неожиданности. Тут человек двести могло рассесться при желании. Ну сто пятьдесят, может быть. Но не меньше.