Убей свою любовь

Она встала перед зеркалом и принялась поправлять и без того безупречный макияж. И меня осенило.

– Девушка... вы не поможете мне? – вкрадчиво обратилась я к ней, и она обернулась:

– Я напишу записку, а вы передайте ее, пожалуйста, молодым людям в черном «Гелендвагене», а?

Девушка удивленно приподняла выщипанные в нитку бровки:

– Ой, а это ваша машина – такая здоровая, квадратная, да? Я в марках не разбираюсь совсем...

Черт! Ну, будем надеяться, что значок «Мерседеса» она отличит от всего остального.

– Да, моя, и у меня трудности. Я жду мужа, а ко мне пристал какой-то придурок. Поднимать шум я не хочу, а в машине мои друзья... Пожалуйста, девушка, ну, мы ведь должны как-то проявлять женскую солидарность, а? Я вам заплачу – хотите?

– Ой, да что вы? Зачем? Я все равно ухожу, мне нетрудно, – заверила меня девушка. – Пишите записку.

И она протянула мне листок и ручку. Я наскоро накидала текст с рекомендациями телохранителям, нарисовала на обороте знак «Мерседеса», чтобы подстраховаться от ошибок, и написала номер машины.

– Девушка, вы меня так выручите – просто невозможно! – Я говорила совершенно искренне, даже всплакнуть захотелось.

– Ой, пустяки. Я просто тоже не люблю хамов липких.

Она взяла записку и, повернувшись на каблучке сапога, вышла из туалета. Я же намочила под краном руки и последовала в зал.

Валерий уже успел заказать себе полстола еды и теперь расправлялся с ней, чавкая и облизывая пальцы. Меня едва не вывернуло наизнанку от отвращения – я уже давно не видела людей, столь мерзко ведущих себя за столом.

– Что так долго? – недовольно спросил он, сплюнув куриную кость прямо на скатерть.

– Подробно рассказать? – поинтересовалась я в ответ и увидела, как в его глазах мелькнуло недовольство.

«Да уж, как ты ешь – так никакой рассказ красоты не передаст», – подумала я, стараясь сесть так, чтобы в поле зрения попадало как можно меньше поверхности стола. Краем глаза я увидела, как в кафе вошел Андрей, лениво оглядел зал, подошел к барной стойке, заказал чашку кофе и уселся на высокий стул спиной к нам.

– Ты что же – поесть сюда зашел? – не смущаясь тем, что он годился мне в отцы, спросила я. – Или мы будем о деле говорить?

– А ты торопишься куда? Вроде бы нет. Так что сиди и жди, когда закончу – я с набитым ртом не умею.

Это было определенно к лучшему – не хватало еще летящих из его рта кусков пищи...