Убей свою любовь

Тот, кто направил меня сюда, просчитал все – в три часа дня на Лиговском будет очень шумно, рабочий день, и потому никто сразу не отреагирует на произошедшее. Мало того – я смогу спокойно выйти из двора и уйти, не приковав к себе пристального внимания.

Я уже собралась уходить, когда, повернувшись влево и подняв голову, увидела точно такое же «окно», как то, из которого мне предстояло стрелять. Не знаю почему, но у меня засосало под ложечкой. Повинуясь какому-то непонятному чувству, я пошла к тому подъезду, где располагалось «не мое» окно.

Мне повезло – как раз в этот момент из подъезда выкатилась девушка в пуховичке и спортивных брюках, держа на поводке белую лохматую собачку.

– Грифон, гулять! – крикнула она звонко, спуская животное с поводка. Собака кинулась во дворик с радостным лаем, и даже отвратительная погода не мешала ей. Хозяйка осталась под козырьком подъезда, спокойно вытащила сигаретку и закурила, рассеянно наблюдая за кульбитами, выдаваемыми собакой.

Я же, буркнув какое-то извинение, аккуратно проскользнула в не успевшую еще закрыться дверь.

И вот тут мой запал как-то поутих – на седьмой этаж пешком в доме, где потолки три метра... Хорошая зарядка для ног, особенно когда одна из них до сих пор прихрамывает...

На подъем у меня ушло добрых полчаса, ну, может, минут на пять меньше. Так вот, оказывается, что чувствуют старушки, живущие на верхних этажах многоэтажек, в момент отключения лифта. Те еще ощущения...

Но это все померкло перед тем, что открылось моему взору на чердаке.

Там, как раз у окна, на деревянном лежаке, похожем на пляжный, лежал старый, но еще вполне пригодный спальный мешок, рядом в консервной банке была укреплена свечка, а под лежаком, куда я аккуратно залезла рукой, обнаружился армейский бинокль. И что-то мне подсказало, что это тоже «лёжка», но для того, кто должен будет убрать меня...

Я бессильно опустилась на лежак и сжала пальцами переносицу. Все ясно как день – я не вернусь домой, обо мне «позаботятся».

В тот самый момент, когда я сделаю свою работу, тот, кто ляжет здесь, сделает свою. Если только... если только я его не перехитрю, но на это мало шансов – я не профессионал. Я просто стрелок-любитель, ну, может, стреляющий чуть лучше остальных. И еще я женщина. И редкостная дура. Увидеть Питер – и умереть. Шикарно.

Я возвращалась в отель в самом паскудном настроении, какое только можно себе представить. У меня нет выхода.