Убийственно просто

Посмотрев на другую карту – Восточного и Западного Суссекса, – Грейс увидел, что маятник очертил небольшой кружок над Брайтоном.

– Вон он где! – пробормотал Фрейм.

– В Брайтоне? Вряд ли, – усомнился Грейс.

Фрейм разложил на столе крупномасштабную карту Брайтона с названиями улиц и вновь поднял свой маятник. Вскоре грузик закружил над Кейптауном.

– Да! – воскликнул медиум. – Да, вон он где!

Грейс пристально смотрел на Брэнсона, словно пытаясь прочесть его мысли.

– Гарри, ты ошибаешься, – проговорил он.

– Нет, Рой, не ошибаюсь.

Грейс покачал головой:

– Мы только что из Кейптауна, ездили туда поговорить с его компаньоном. Ты уверен, что ничего не перепутал?

Гарри Фрейм повертел в руке медный браслет.

– Вещь точно его? Майкла Харрисона?

– Значит, он там, где я показал. Мой маятник никогда не ошибается.

– Можете указать адрес? – спросил Брэнсон.

– Нет, адрес не могу – там слишком плотная застройка. Но вы поищите, и обязательно его найдете.

– У-у-у, псих чертов! – проворчал Брэнсон, явно торопясь убраться от дома Гарри Фрейма подальше.

Погруженный в раздумья Грейс долго молчал. За прошедший час дождь, наконец, перестал, пелену серых, нависших над морем облаков прорезали лучи закатного солнца.

– Допустим – только допустим, – что он прав.

– Давай выпьем и поедим, – предложил Брэнсон. – Умираю от голода – я сейчас в обморок хлопнусь.

Часы показывали 20.31.

Гленн позвонил по мобильному жене и сразу начал оправдываться, но разговор становился все более напряженным, пока сержант в конце концов не дал отбой.

Грейс сочувственно улыбнулся. В чужую личную жизнь лучше не лезть.

Вскоре они сидели в пабе «Барсучья берлога». Грейс заказал двойную порцию виски «Гленфиддиш» со льдом. Он заметил, что его друг залпом осушил пинтовую кружку пива – несмотря на то, что вел машину.

– Я пошел в полицию, чтобы дети могли мною гордиться, – вздохнул Брэнсон. – Твою мать! Когда я работал вышибалой, у меня, по крайней мере, была личная жизнь. По вечерам я купал Сэмми, укладывал его спать и рассказывал сказку, а потом уходил на работу.

– Что? – Грейс изучал список дежурных блюд, намеченный мелом на доске.

– Сэмми и Рэми плачут, потому что я обещал прийти домой и почитать им на ночь.

– Так поезжай, – мягко, но серьезно посоветовал Грейс.

Брэнсон допил кружку и заказал вторую.

– Сам знаешь, не могу. У нас ненормированный рабочий день – не как в какой-нибудь поганой конторе с девяти до пяти.