Убийственно просто

Немцы едят больше свежего мяса, чем англичане, и пьют больше пива, но опять-таки живут дольше. Знаешь, в чем тут соль?

– Дело не в том, что ты ешь или пьешь. Нас убивает то, что мы говорим по-английски.

Брэнсон ухмыльнулся:

– Не знаю, за что я тебя люблю. Тебе вечно удается вдолбить в меня комплекс вины.

– Поехали искать Майкла Харрисона. А потом можешь наслаждаться выходными.

Брэнсон сдвинул рыбу на край тарелки и залпом допил колу.

– В так называемых легких напитках полно аспартама, – неодобрительно покачал головой Грейс.

 – Читал в Интернете, что от аспартама бывает волчанка.

– Что такое волчанка?

– Это штука похуже ртути!

– Спасибо, Здоровяк.

– Ты просто мне завидуешь.

Загнав машину на стоянку, друзья через служебный вход попали в старое семиэтажное здание, где размещалось полицейское управление Брайтона. Грейс испытал прилив ностальгии. Брайтонское управление считалось самым неспокойным в Великобритании. Ему нравились царящие здесь шум и суета. Рой проработал в этом здании почти пятнадцать лет, а получив повышение и переехав в относительно тихую штаб-квартиру уголовного розыска на окраине, иногда скучал по здешнему шуму и гаму.

Грейс и Брэнсон поднимались по бетонной лестнице. На выкрашенных синей краской стенах висели до боли знакомые табло и доски с расписанием нарядов и объявлениями. В воздухе так и витало напряжение. И пахло не так, как в больнице, школе или гражданской конторе. Это был запах энергии.

Они миновали четвертый этаж, где находился его прежний кабинет, поднялись на пятый, прошли мимо стенда с огромным заголовком: «Раскрываемость преступлений на апрель 2004 года – 27,8 %».

Следом за Брэнсоном Грейс вошел в длинный узкий кабинет, где сержант корпел над делом об исчезновении Майкла Харрисона. Шесть столов с компьютерами. За двумя столами сидели детективы, которых он знал и любил, – констебль Ник Николл и сержант Белла Мой. Расписание дежурств было прикноплено к распоркам. На стене висела белая доска, а рядом с ней – крупномасштабная карта Суссекса, истыканная цветными булавками.

– Кофе? – предложил Брэнсон.

– Ничего не надо, спасибо.

Они остановились у стола Беллы, заваленного кипами документов. Среди бумаг стояла открытая коробка с драже. Белла ткнула пальцем в их сторону:

– Я заказала в «Водафоне» распечатку звонков Майкла Харрисона с утра вторника до девяти сегодняшнего дня. Заодно попросила и распечатку разговоров его четверых друзей.

– Хорошая мысль, – похвалил ее довольный проявленной инициативой Брэнсон.