Убийство городов

И его секретное убежище им тоже известно. Его там специальной ракетой достанут. Вот наш-то и испугался. А как же? Своя жизнь дороже! – Это говорил едкий маленький человечек, насмешливо оглядывая собравшихся. В его глазках светилось всеведение, превосходство над непосвященными собеседниками.

– Им, ребятам донецким, кое-чем помогают, что здесь не нужно. Какое-никакое оружие сунут, которым ни танк, ни самолет не побить. Вот и пусть сражаются, пока их всех не перебьют. Они, в Донбассе, своих богатеев к стенке поставили, красный флаг повесили, а нашим богатеям это никак не нравится.

Вот и подставляют под бомбы, чтобы всех перебили. – Человек в красной футболке с советским гербом обвел всех покрасневшими глазами, словно его мучили бессонницы с неотступной тоской.

– В Киеве хазары власть захватили. Была Украина, а теперь Хазария. Они в Донбассе русских добьют и за Крым возьмутся. Мы с мужиками едем в Донбасс с хазарами биться. – Это произнес молодой парень в черной футболке, на которой красовался белый череп и надпись: «Православие или смерть».

– А что я вам скажу, люди добрые. В монастырях за войну молятся, чтобы быстрее случилась. Война всю дрянь спалит, народ очистит. Много в народе дряни развелось. – Бородатый, с желтым лицом мужичок в линялом подряснике и стоптанных башмаках паломника перекрестился и пошел. Пробирался среди разноцветных футболок, красных стягов, георгиевских лент. И над всеми, сотканный из голубых лучей, парил Крымский мост, источал бестелесную энергию света.

– Дмитрий Федорович, что же вы не идете? Мы начинаем! – Из толпы возникла взволнованная Лапунова со своей кокетливой челкой.

Потащила Кольчугина к трибуне.

С возвышения толпа казалась сшитой из лоскутов. Один лоскут был желтый. Там дружной когортой стояли «евразийцы», облаченные в футболки песчаного цвета с черной надписью «Евразия» и скифской бабой. Другой лоскут был красный. Так выглядело движение «Смыслы истории». Каждый соратник напоминал стручок красного перца. В белых футболках с золотыми двуглавыми орлами толпились члены партии «Великая Русь».

Черные, с белыми черепами, теснились православные радикалы. Виднелись казаки в папахах и фуражках. Исповедники языческих культов в белых плащах с золотыми перевязями на лбах. Толпа выглядела беспокойной, нервной. Лоскуты казались сшитыми наспех, непрочно. Между партиями пульсировало прозрачное электричество, какое трепещет вокруг изоляторов высокого напряжения.

Первым выступал священник, степенный и благообразный.