Убийство с отягчающими

И напомнил полковник Господа нашего идею, которой пользуются ныне все, кто «вымогаловом промышляет»: отдай десятую долю того, что имеешь.

– Что-то не все понятно мне в этом псалтире, – признался Шульгин. – Вы попроще сказать можете?

– Могу. Я подсчитал теневой доход «Олимпа» за прошедший год. Сорок восемь миллионов долларов, из которых было предъявлено для обложения налогами всего восемь. Давайте займемся математикой, генерал. Сорок восемь минус восемь известных государству – остается сорок. От сорока десять процентов – четыре миллиона.

– Вы сказали – попытался? – оживленно вмешался Шульгин. – Разве он не сделал это в контексте того, о чем вы рассказываете?

– Увы. Полковник не получал никакого чека, подписанного Гаенко. И на момент убийства у него не было никакого документа, предъявив который кто-то смог бы получить деньги вместо полковника. Но я знаю, что было в кармане Крыльникова.

– И что же? – сухо проговорил Шульгин.

– Расписка в том, что казино должно ему сумму, равную джек-поту.

– Выходит, если кто-то совершил убийство из соображений ограбления… то ошибся?

Кряжин бросил на молодого генерала взгляд, полный лукавства.

– Вот уж нет, Сергей Сергеевич! Эта расписка и явилась причиной убийства. Кому-то нужно было лишить полковника не только жизни, то есть возможности получить деньги, но и доказательств того, что ему кто-то остался должен. Скажите, генерал, кто, по-вашему, мог совершить убийство, если ему нужно было лишить мир доказательств долгов казино перед удачливым игроком?

– Вы хотите сказать, что Андрея Николаевича убил… Гаенко?

Советник разочарованно чмокнул языком и беспомощно развел руки в стороны.

– Это была простая задача, генерал.

– Дальше, то есть уже после смерти Крыльникова, был выписан чек на предъявителя, и он был положен на счет Игоря Викторовича в питерском филиале «Комбанка».

– Неужели все это правда? – пробормотал генерал.

– Истинная. Кстати, Гаенко у меня. Он сейчас на Большой Дмитровке.

Шульгин поискал что-то взглядом по углам кабинета и допил остывший чай.

– Чудовищно… Я не могу представить, что этот хлипкий человечек смог решиться на убийство второго в московской милиции человека. Громилы из «Олимпа» – это понятно. Гаенко защищался, и у него не было другого выхода. Но спланировать убийство столичного чиновника из правоохранительных органов… Я не могу поверить.

– Вот и я не верил, – задумчиво рассматривая дымящуюся сигарету, сказал советник.