Убийство с отягчающими

И чем дальше на север, тем последние менее трезвы. Олимпийский проспект! Это первый Новый год в жизни Кряжина, когда он в поисках убийцы путешествовал и наблюдал за праздником, будучи к нему непричастным.

Дверь в квартиру никто не открыл.

Как и по двум другим адресам.

И, лишь приехав по пятому, уже еле переставляя ноги от усталости, члены следственной бригады были вознаграждены. Должно же было хоть что-то в этой ночи, тонущей в веселье и разгуле, случиться в их пользу. Отношения к проблеме, которую разрешал Кряжин, происходящее в квартире на Олимпийском проспекте не имело, однако само случившееся позволило подпитать батарейки энтузиазма, исчерпавшие свой ресурс к восьми часам утра первого января нового, 2005 года.

Дверь в квартиру была открыта, и Сидельников, держа табельный «ПМ» в руке, опущенной вдоль бедра, вошел первым. Вторым советник направил Полянского, которому на этот раз совершенно нечего было делать на улице – квартира располагалась на двенадцатом этаже.

Если в квартире находился кто-то, кто решился бы прыгать в этой ситуации с балкона, то ловить его или предупреждать такой поступок не имело смысла. В этом случае от человека не было бы пользы что на земле, что в квартире.

Сам Кряжин вошел последним. И все трое, остановившись при входе в гостиную, замерли в недоумении.

Если есть чудеса на белом свете, то это не висячие сады Семирамиды. Они ничто по сравнению с поэтическим утренником первого января, достигшим к приходу троих неизвестных своего апогея.

– Господа, – прошипел один из двенадцати или тринадцати собравшихся, – садитесь, ради бога!..

Сидельников с Полянским посмотрели на Кряжина. Тот кивнул. Свободных стульев в гостиной было еще около пяти помимо дюжины занятых, и следственная бригада, приподняв полы одежд, бесшумно опустилась на три из них.

Кряжин снова осмотрелся. Всю эту ночь, ведомый собственными мыслями по закоулкам сознания, он всякий раз приходил в себя в совершенно неожиданных для него местах.

Транспортом правил капитан МУРа, Полянский, честь ему и хвала, молчал, и это позволяло советнику думать о том, о чем он не мог размышлять в суете поиска. По этой причине он всякий раз осматривался и некоторое время, словно пьяный, сверял координаты. Вот и сейчас, посмотрев по сторонам, он попытался сориентироваться и понять, куда он попал.