Убийца из Квартала красных фонарей

Оратором отец Матиас был весьма вдохновенным и располагал поистине неистощимыми запасами цитат из Библии, которые пускал в ход без малейших колебаний. Инспектор с любопытством наблюдал, как увлеченно посетители бара слушали страстные речи. Этих людей, чуть ли не на каждом шагу нарушавших все библейские заповеди, буквально зачаровывал старик, несший им Слово Божье.

Тем временем отец Матиас продолжал свою речь. Декок прислушался повнимательнее. Слова тихо журчали, незаметно обволакивая слушателей. Отец Матиас крепко держал аудиторию.

Настоящая воскресная проповедь!

«Кстати! — сыщика осенило. — Какое странное совпадение! И Толстуха Соня, и Белянка Голди были задушены в воскресенье! Что же это получается? В Квартале завелся этакий Воскресный Душитель?»

Он внимательно вгляделся в старика: ореол длинных растрепанных волос над головой, мелькающие в воздухе руки… и неожиданно увидел его совсем в ином свете. Отец Матиас — и убийства по воскресеньям… Уж не тут ли то самое связующее звено? Мозг детектива заработал с лихорадочной быстротой, выдавая, прокручивая и тут же отвергая множество самых разных версий.

Воскресенье — день Господень. Это ли не совпадение?! Гнев Господень? Содом и Гоморра? Тоже совпадение! Декока ошеломили собственные выводы. А вдруг отец Матиас взялся помогать Господу в некоем праведном деле? Может, он еще и голоса слышит? А не мог ли этот скромный евангелист счесть себя орудием возмездия Божьего? Инспектор вздохнул. Экие кощунственные мысли! Воодушевившись, Декок налег на коньяк, всегда благотворно действовавший на его мыслительный процесс.

Наконец отец Матиас закончил проповедь и сразу вышел из бара, оставив слушавших его закоренелых грешников взволнованными и потрясенными. Торопливо бросив деньги на стойку, инспектор соскользнул с табурета и начал проталкиваться к двери. Выбежав на улицу, он остановился на тротуаре перед входом в бар. Где же наш славный евангелист? Не растаял ли под дождем?

Декок вгляделся в тихий сумрак вокруг каналов. То тут, то там на поверхности воды вспыхивали красные блики света, падавшего из окон-витрин, вдоль которых медленно двигались смутно различимые во мраке фигуры.

Среди них инспектор заметил знакомый силуэт с раскрытым зонтиком и всклокоченной шевелюрой.

Выждав, пока старик отойдет подальше, инспектор приподнял воротник плаща, надвинул шляпу на лоб и зашагал следом. Здесь, в центре Амстердама, сыщику ничего не стоило выследить кого угодно, оставаясь при этом невидимым.