Онлайн-библиотека книг
А ей хоть бы что, я, говорит, сегодня работать не могу, ко мне друзья из Москвы приехали, у меня голова болит. Если хочешь, Светку возьми, она девчонка способная, справится. А какая там голова, когда она на ногах не стоит.
– Что за Светка? – надменно и зло вопрошал невидимый Гурову мужчина.
– Да не знаю я, Наиль! – снова в отчаянии всхлипывала женщина. – Она с Леликом была. Лелика-то ты знаешь. И я его знаю. Вот и подумала – какая разница? Элка, Светка. Ты же сам сказал, что он четверых заказывал, а у меня уже времени не было еще кого-то искать.
– Подумала ты. Каким местом?
– Да откуда же я могла знать, Наиль?!
– Ладно. Дальше что было?
– А что дальше? Все как обычно. Заехала за девчонками, приехали в гостиницу, поднялись в номер. Ничего, все нормально.
– И Светка – нормально?
– И Светка. А что? Баба как баба, симпатичная даже. Подмигнула там ему, похихикала. Я смотрю – парню нравится. Что ж, думаю, и прекрасно. Значит, все в порядке. Шампанского выпили, музычку он нам включил. В общем, как обычно.
– Знаю. Дальше что?
– А дальше – ничего. Как вдохнула я, так и вырубилась. Очнулась только утром, когда Кика в ванной заверезжала. Башка трещит, веки чугунные. И без того хреново, а тут эта еще орет. Села я на диван, сижу – ничего сообразить не могу. Потом смотрю – Милка на полу зашевелилась, тоже еле глаза открыла, за голову держится. Сползла я с дивана кое-как, потащилась в ванную.
Мужчина сквозь зубы выругался, потом повелительно и надменно проговорил:
– Теперь – ни звука. Сидеть тише воды ниже травы. Если менты снова вызовут – повторять то, что сказали в гостинице, ни слова, ни полслова не прибавлять. И сразу сообщать мне. Обо всем. Значит, Элла сказала, что Света – ее подруга?
– Да, Наиль.
– Ладно.
Разговор прекратился, из окна донеслись звуки шагов, и Гуров поспешил отойти подальше в древесную гущу. Сквозь листву он видел, как из ресторана вышел чернявый, восточного типа мужчина и направился к черному «BMW», стоявшему недалеко от входа.
– Эх, сейчас Элка и получит! – вновь донесся из окна женский голос, но не тот, что разговаривал с суровым Наилем, а другой, очень похожий на голос белокурой Милы.
