Убийца поневоле

Двумя этажами выше в точно такой же комнате американец-цербер доложил своему соотечественнику о требованиях научного руководителя проекта.

— Мне пришла в голову забавная мысль, — неожиданно рассмеялся Карл, распрямляя плечи атлета и сладко потягиваясь после нескольких часов сидячей работы. — Пойдите к нему и предложите выделить дополнительные деньги на приобретение сырья из его собственного гонорара. Уверен, что он на это пойдет, он слишком сильно хочет остаться в живых и уже дошел до той простой мысли, что жизнь все-таки дороже денег.

Акира-сан очень не хочет платить дополнительные суммы за стимулирование нашего русского поставщика, более того, он обещал увеличить гонорар, если мы сможем избежать дополнительных затрат. А избежать их никак не удается. Эти азиаты не в состоянии ничего изобрести сами, весь их технический прогресс основан на ворованных схемах и украденных идеях. Они покупают и используют мозги европейцев и американцев, для решения организационных вопросов нанимают японцев, но при этом остаются чудовищно скупыми. Попробуем заставить одного русского дать денег другому русскому, чтобы в итоге мы с вами получили некоторую дотацию.

— Неплохо придумано, — улыбнулся цербер. — Кончится тем, что Штейнберг сам будет финансировать весь проект, только бы выжить. А что? На его счету уже солидные суммы скопились, пусть вложит их в наше общее дело.

И они оба оглушительно расхохотались.

Еще через час в московском посольстве одной из стран СНГ раздался телефонный звонок.

— Скажите ему, что мы готовы заплатить тройную цену, если он сможет встретиться с нами в течение трех дней. Если ему нужна неделя, то цена будет лишь удвоена. Через две недели мы готовы взять товар по старой цене. По прошествии двух недель мы отказываемся от его услуг и обращаемся к другим продавцам.

5

Артем Резников налил в высокий бокал грейпфрутовый сок и бросил туда кубик льда. Потом положил в рот таблетку и залпом выпил сок.

Через полчаса Ирина подаст обед.

Он вышел на кухню, где возле плиты хлопотала жена, и грузно опустился на угловой диванчик. Он любил наблюдать за Ириной, ему нравилась ее легкая худощавая фигурка юной девушки, моложавое ухоженное лицо в обрамлении тщательно уложенных седых волос. Он категорически настаивал на том, чтобы она не закрашивала седину. Его по-прежнему, как и в юности, волновала и возбуждала мысль о том, что она намного старше его самого.