– Итак? – не выдержал Харботтл.
– Линдейл не дурак. Его рассказ звучит правдоподобно.
– Не слишком ли правдоподобно?
– Он не переигрывает. Все, что он сообщил, совпадает с информацией суперинтенданта. Говорит, что лично он не возражал бы, чтобы все узнали правду о нем, и я склонен ему верить. Беда в том, что миссис Линдейл смотрит на проблему иначе.
– Неудивительно! – заявил Харботтл.
– Только псалмов нам не хватало! – раздраженно поморщился Хемингуэй. – Этот человек мне симпатичен. Нелегко ему приходится с женой – или как вы там ее назвали бы, даже угадывать не стану, зная вас! – которая не перестает себя корить за грехи.
Более того, вряд ли ему полегчает в будущем, разве что Нентолл в конце концов передумает. И избавьте меня от поучений о возмездии за грехи!
– Избавлю. Хотя от правды никуда не деться, – произнес инспектор. – Это та самая тропа, по которой шли они со сквайром? Этого ее отрезка я еще не видел.
– Она самая. Где-то здесь сквайр повернул к своим посадкам. Так оно и было – либо тогда, когда он сказал, либо позже.
Возможно, верно и то, и другое.
– То есть?
– Если он тот, за кем я охочусь, то должен был где-то прятать ружье. Почему бы не среди своих посадок? Оттуда его было бы легко забрать и вернуться на Фокс-лейн, когда Линдейл скроется из виду.
– Вот только выстрел произвели не из его винтовки, – напомнил Харботтл.
– Да. Придется, наверное, проверить оружие его агента и егеря.
Харботтл угрюмо обдумал услышанное.
– Вряд ли сквайр использовал бы для убийства чужое оружие, тем более оружие кого-то из своих людей.
– Вы не можете думать иначе. Как не можете допустить, что сквайр стал бы обманывать своего племянника.
– Вы пока в этом не уверены, сэр. Лично мне не хотелось бы его в этом обвинять.
– Вам и не придется. Вот и роща Хасуэлла – она отделена от его сада стеной. Удобное прикрытие! Мы не пойдем к воротам, но вы видите, что тропа ведет к ним, и мисс Уорренби вполне могла бы пролезть сквозь редкую изгородь, чтобы оказаться на участке своего дядюшки.
Инспектор усмехнулся:
– А как же обещание не верить ни одному слову Драйбека, сэр?
– Я им и не верю – почти что, – проговорил Хемингуэй, перешагивая приступку. – Идемте! Давайте еще раз осмотрим место преступления.
Через двадцать ярдов они поднялись по склону на выгон. Фокс-Хаус уже перестал привлекать зевак. Хемингуэй задержался у кустов утесника и уставился на сад Фокс-Хауса. Кресло убрали, но на лужайке, там, где оно раньше стояло, осталась проплешина.
