Серые осколки усеивали ковер."
"Барнеби снова произнес:
— Мистер Рейнберд, — и аккуратно дотронулся до него. Это прикосновение словно запустило какой-то механизм, и он начал тихонько подвывать. Он улыбался широкой безумной улыбкой. Это было такое же жестокое подобие блаженства, которое можно увидеть на лицах переживших землетрясение или спасшихся из горящего дома. Улыбка скорби и отчаяния.
Прошло почти двадцать минут, и наконец услышав:
— Господи боже… — Барнеби поднялся. В дверях стоял Джордж Баллард. В руке у него был маленький черный чемоданчик, он ошеломленно озирался по сторонам.
— Что здесь происходит?
— Осторожнее, смотрите под ноги.
Доктор еще мгновение созерцал две фигуры со смесью жалости и отвращения, потом, внимательно глядя, куда ступает, направился к ним. Опустившись на колени, он аккуратно надрезал заскорузлый пурпурный манжет рубашки Дэнниса Рейнберда и высвободил его тонкое запястье.
— Он давно в таком состоянии?
— Мы прибыли сюда с полчаса назад. И я полагаю, еще как минимум полчаса до этого.
Ты вызвал «скорую»?
— Угу. — Доктор посветил фонариком в зрачки Дэнниса. Тот даже не моргнул. — Они будут здесь с минуты на минуту.
— Мне необходимо поговорить с ним.
— Бога ради, Том, соображай, что говоришь. Он в кататоническом ступоре[40].
— Я понимаю. Ты не можешь дать ему что-нибудь?
— Нет. — Джордж Баллард поднялся. — Он постарался на славу.
— И долго это будет продолжаться?
— День. Месяц. Полгода. Никто не знает.
— А как раз это мне и нужно.
— Извини.
Сквозь тюль на окне Барнеби увидел, как подъехала «скорая» и почти сразу за ней — три полицейские машины.
Из толпы послышался возбужденный шепот. Санитары «скорой», вероятно, привыкшие к жутким сценам за годы отскребания людей от асфальта, казались не настолько шокированными сценой, открывшейся им в гостиной «Транкиллады», как даже Барнеби или доктор Баллард. Пока один из них беседовал с врачом, другой пытался оторвать Дэнниса от матери. Он легонько потянул того за руку, но его пальцы настолько крепко вцепились в ее правое плечо и левую руку, как будто он держался за скалу, чтобы не свалиться в бездну.
Санитар аккуратно один за другим разогнул пальцы. Голова миссис Рейнберд откинулась назад, держась на шее лишь на тонком лоскуте кожи. Тело завалилось на ковер. Подвывания Дэнниса стихли, потом прекратились совсем.
— Как вы думаете, он может идти?
— Давайте попробуем. Пойдем-ка, дорогуша.
Дэннис поднялся на ноги, вихляясь, как резиновый, но продолжая улыбаться.
