Позже, вечером, мисс Симпсон сидела у окна и смотрела на погружающийся в темноту сад. Она широко распахнула окно, вдыхая аромат цветущего табака и других раскрывающихся ночью цветов, посаженных прямо под ним. На дальнем конце лужайки виднелись побеленные ульи.
Прошло уже почти три часа с тех пор, как женщина вернулась домой, и все это время она сидела тут, не в силах пошевелиться и все сильнее ощущая боль в ушибленной голени, все меньше понимая, что дальше делать.
Все теперь было не так. Они знали, что она все видела.
И с этим ничего не поделаешь. Ах, если бы было возможно повернуть время вспять и вернуться во вчерашний день! Она бы все отдала за такую возможность и уже не стала бы идти на поводу у собственного тщеславия, которое и завело ее в этот тупик.
А ведь все из-за того, что ей хотелось одержать верх над подругой. Вот и добилась! Мисс Симпсон вздохнула. Эти размышления все равно ни к чему не вели.
Она вдруг подумала, что эти люди могут прийти к ней, и от этой мысли ей стало не по себе.
Пожилая женщина представила себе жуткий разговор, который мог бы произойти между ними. Как они будут скрывать смущение… Возможно, они вовсе и не смущены? Раз уж они не постыдились заниматься этим там, наверное, они уверены в своей правоте. А может, ей стоит взять инициативу в свои руки и самой пойти к ним? Убедить их, что она никому ничего не скажет. Безгрешная душа мисс Симпсон возмутилась от этой мысли. Это будет выглядеть так, словно она поощряет обман. «Как это странно, — решила она, — внезапно получить совершенно новую информацию о людях, которых все как будто бы прекрасно знают».
И это знание теперь меняло, даже практически уничтожало все, что она раньше о них думала.
Мисс Симпсон слегка изменила позу, при этом стиснув зубы от боли в ноге, где расплылся кровоподтек. Она до мельчайших подробностей вспомнила, как нашла орхидею и как потом мечтала о чаепитии, которое устроит. Но теперь она ничего не скажет Люси. Они все испортили! Женщина встала, прошла через кухню и вышла в тихий сад.
В нескольких футах от нее собирался цвести ее любимый розовый куст сорта «Папа Мейлланд». В прошлом году бутоны попортила мучнистая роса, но сейчас, кажется, все было хорошо, и несколько темных, плотно скрученных бутонов обещали роскошное цветение. Первый, должно быть, раскроется уже завтра.
Она снова вздохнула и зашагала обратно в кухню, чтобы сварить какао. Сняв с полки безупречно начищенную кастрюльку, старушка отмерила молоко.
