Лыков никогда не общался ни с теми ни с другими. Варенька состояла в свойстве с гофмейстериной графиней Барановой и иногда приносила от нее разные сплетни.
Общее число лиц, входящих в придворный мир, таким образом, незначительно. Сто семьдесят придворных чинов, почти восемьсот придворных кавалеров, сто состоящих в должности, сто десять свитских. С добавлением баб и попов – тысяча двести человек. На всю Россию.
Закрытую и пышную жизнь императорского Двора Лыков мог наблюдать только со стороны. Большая часть людей не имела и такой возможности.
Когда сыщик неожиданно для себя был сделан камер-юнкером, он явился на пару больших выходов из любопытства. Дворянин во втором поколении, видавший виды «решительный человек» был разочарован. Громоздкий этикет, множество архаичных, бессмысленных ритуалов, какая-то затхлость во всем. Замкнутое общество с гипертрофированным самомнением. И очень скучно. А люди вокруг! Заведя обязательные знакомства, сыщик поразился уровню общения. Любимым тоном придворной беседы оказалась ирония.
Высокомерная, но при этом поверхностная и даже примитивная. Алексей много общался с чиновной бюрократией и знал ей цену. Там в ходу были личности умные и трудолюбивые. Даже талантливые – ведь есть же талант администратора! А при Дворе оказалось не так. Кругозор гвардейского ротмистра или шталмейстера весь умещался в рамках великосветской болтовни. Никто из здешних завсегдатаев сроду не совершил настоящего дела и был к нему негоден. Но смело судил и выносил приговоры. Причем они звучали как оценка сверху, как истина в высшей инстанции! От человека, способного делать лишь долги…
Лыков вспомнил свое первое появление в Зимнем дворце.
Предстоял так называемый большой выход. Суть его в том, что императорская чета в сопровождении членов фамилии выходит из своих внутренних покоев. Соединяется с толпой придворных и длинной гусеницей шествует залами дворца. В конце шествия служится молебен или следует представление царственной чете, и все возвращаются обратно. Вот и все действо. Но внутри этого нехитрого спектакля было скрыто множество мизансцен.
Новичку, как Лыков, было непросто в них разобраться, и он все время попадал впросак. Сразу же он встал не на свое место, к нему подбежал церемониймейстер и указал на ошибку. С тех пор сыщик невзлюбил этих ребят…
Главное чаяние пришедших в Зимний дворец – проникнуть «за кавалергардов». Караул лейб-гвардии Кавалергардского полка ставится перед входом в Концертный зал. Туда пускают строго определенный круг людей.
