Мне казалось, если не потороплюсь, то опять её потеряю. Ссора забылась, и мне хотелось скорее её увидеть и удостовериться, что с ней всё хорошо. Мрачное здание и непогода зародили в моей душе первородный страх.
Через какое-то время её смех затих, и я стала открывать поочерёдно все двери, встречающиеся на моём пути. Некоторые комнаты были абсолютно пусты, в некоторых стояла мебель в чехлах, а некоторые комнаты выглядели так, будто их покинули совсем недавно. С трудом открыв очередную неприметную дверь, что никак не хотела мне поддаваться, показалось, что вот оно, я наконец её нашла, но…
Каменный пол был устлан толстым мягким ковром, который с успехом глушил шаги.
В комнате был старый камин и два кресла, расположенные перед необычной стеной, приковывающей к себе внимание. Оглядываясь по сторонам, я, как мотылёк, шла к ней.
Она была то ли стеклянной, то ли магической, а может, ещё из какого-то неизведанного материала, прекрасно позволяющая видеть, что происходит по другую сторону.
Кресла откровенно намекали о своём предназначении, на меня же накатила усталость и апатия, призывающие погрузиться немедленно в одну из них. По правую руку стоял небольшой столик, а на нём — бутылка янтарного напитка и пара бокалов.
— Забавно, как будто на допросе, — тихим шепотом обратилась в пустоту, и сама испугалась своего хриплого голоса. Действительно, в управлении правопорядка используют нечто подобное, чтобы наблюдать за допросом, конечно, не с таким комфортом, но всё же.
Лорабэль была хороша, как будто и не плакала и не было между нами ссоры. Грустно окинув себя взглядом, лишь покачала головой. Хоть и одинокий магический светляк светит приглушённо и мягко, даже он не может скрыть моего плачевного состояния. Влажные волосы неприятно облепили лицо, грязные ноги, влажная одежда неприятно облегает тело. И это я своё лицо не видела, а подруга как будто только из салона.
Комната по ту сторону стены тонула в мягком свете не только магических светляков, расположившихся по всему пространству, но и растопленного камина.
Там был накрыт маленький столик на двоих с изысканными лакомствами, стояла огромная кровать, не оставляющая и тени сомнения о своём предназначении. Лора изящно сидела на её краю, вертя в руках фужер с вином. Её губы беззвучно шевелились и только теперь я поняла, что звук стекло не передаёт, что, наверное, было к лучшему.
