— Мне нравится наблюдать, — отвечает он. — Но все эти миссионерские позы чушь и скукота несусветная. — Он делает паузу и добавляет: — Ты займешься сексом с ней и будешь делать все, что я скажу. И если ты согласишься - естественно за кучу денег - я опущусь на колени перед вами.
Он ухмыляется и впервые с тех пор, как я вошла в кабинет, осматривает меня.
Пока у меня незаметно начинается приступ тревоги, Виктор обдумывает некоторое время, делая вид, что он размышляет о предложении.
Виктор смотри на меня.
— Ни за что, — говорю я твердо.
— Он отвратителен, Виктор. Я на это не пойду.
Виктор встает и небрежно берет меня за локоть.
— Ты сделаешь все, что я тебе скажу, — говорит он.
Я киваю головой, словно глядя сквозь него, пытаясь не выйти из образа, но это становится все сложнее.
Я смогу, говорю я себе, и мое сердце громко стучит в груди.
Виктор не навредит мне. В любом случае. Я должна в это верить."
"Почему он просто его не убьет сейчас? Не могу понять…
Держа мой локоть в руке, Виктор поворачивается к Артуру Гамбургу и говорит:
— Пятнадцать тысяч, — лицо Гамбурга сияет.
— И еще пятнадцать, если я подпущу к себе.
Я чувствую, как мои глаза расширяются от шока.
— Идет.
— Нет, — говорю я и пытаюсь освободить руку, но Виктор пристально смотрит на меня, и я сдаюсь.
— Склонись над столом, — просит Виктор.
Что?
Он смотрит на массивный квадратный мраморный стол справа от меня, не двигая ничем, кроме глаз.
— Сейчас, Изабель! — требует он.
О мой Бог…
Я нерешительно шагаю к столу и ложусь туловищем на него.
И тут же чувствую, как жаркий воздух пробирается сквозь ткань моих трусиков. Я тяжело сглатываю.
Виктор подходит сзади и задирает мое короткое платье где-то до уровня талии. Одна из его рук сжимает мои щеки.
— Заставь её плакать, — говорит Артур Гамбург, сидя в кресле позади меня.— У меня есть кое-что, если нужно.
— Я смогу заставить её плакать и без этого, — отвечает Виктор, спуская мне трусы и позволяя им соскользнуть к лодыжкам. Мне становится трудно дышать.
— Но я все равно могу их использовать. Прошло достаточно времени с тех пор, как я делал ей больно.
Артур Гамбург издал странный звук, который я раньше не слышала.
— О, да, я с удовольствием на это посмотрю.— Он потирает руками и с восторгом добавляет: — Насколько она узка там? У меня есть резиновый фаллоимитатор.
Я замираю, воздух уходит из моих легких.
Да вы, блядь, издеваетесь?
Я готова убить его сейчас. Он может быть моим первым трупом.
