"
"— Вся информация с этой флешки уже есть у моего нанимателя. Имена из твоего длинного списка клиентов, места подпольных операций, видео-доказательства дел, о которых твоя жена ничего не знала. Все здесь, — он швыряет флешку в грудь Артура. — Если кто-то придет за мной или Изабель из-за смерти твоей жены, которая не будет квалифицирована самоубийством, вся информация попадет к ФБР. Мы уйдем отсюда целыми и невредимыми и через передние двери. Все ясно?
Я вся дрожу, растеряна, взволнована и не уверена. Не уверена во всем.
Артур Гамбург кивает, пот сочится по его подбородку и бровям.
Женщина протягивает руку, но затем снова опускает. Два пустых шприца лежат рядом с её ногами. Она чрезмерно накачана наркотиками. Я осматриваю её, находя следы уколов на локтях и лодыжках. Я больше не могу ничего поделать с собой и просто намереваюсь ей помочь. Но Виктор хватает меня за локоть, тем самым останавливая. Он многозначительно смотрит на меня, оружие до сих пор направлено в сторону Артура Гамбурга.
— Она цель, — говорит он, притягивая меня ближе.
— Иди в комнату, в тумбочке у окна в ящике есть еще оружие. Принеси его.
Я хочу сказать нет, что не сделаю этого, но намерения так и остаются намерениями. Повинуюсь и исполняю приказ, потому что часть меня до сих пор верит Виктору ровно настолько, насколько другая часть хочет прекратить все это, пока дело не зашло слишком далеко.
— Ладно, — отвечаю я и бегу в основную комнату. Оружие находится ровно там, где Виктор и говорил, и я нервно беру его в руки и с осторожностью возвращаюсь в потайную комнату, словно оно собирается взорваться.
Может быть, все ощущается именно так, потому что я знаю, для чего он предназначен. Он ощущается тяжелее, смертоноснее, более угрожающе, чем любой другой пистолет, который я когда-либо держала в руках. Даже тот ствол, которым я стреляла в Хавьера, не навевал подобные ощущения.
Мое сердце бьется где-то в пятках.
— Я предлагаю сделку, — говорит Виктор.
Теперь на нем черные перчатки.
Я подхожу к нему, покачиваясь на трясущихся ногах, и отдаю пистолет.
Сама беру другой и убеждаюсь, что он направлен прямо на Артура Гамбурга. Я едва могу держать его прямо. Ощущаю себя так же, как в то время, когда пряталась в машине Виктора. Оружие в руках кажется таким тяжелым, что хочется выбросить его и освободиться от всего этого.
Виктор смотрит на меня, сине-зеленые глаза отражают суть всего происходящего.
— Ты доверяешь мне?
— Да, доверяю, — медленно киваю я.
