— Я заберу девушку туда, чтобы оставить ее в безопасности, — говорю я, и на его лице отражается более чем достаточно вопросов, показывая, что он вышел из себя из-за моей аргументации. Так что для сохранения отношений с братом я добавляю, — Николас, это временно, я тебя уверяю. Ты должен доверять мне.
— Очень хорошо, — Николас соглашается, подавляя подозрения. — Я предупрежу Явочную Квартиру Двенадцать о твоем прибытии. Она будет ждать тебя.
А затем видеосвязь обрывается.
Я пробегаюсь пальцем по ряду сенсорных клавиш, взламывая систему через черный ход.
Я набираю длинную серию команд, очищая устройство от всей компрометирующей корреспонденции, а затем вызываю сбой в системе. Я беру iPad и тихо прохожу мимо Сэрай в ванную комнату, стирая с каждого его квадратного дюйма свои отпечатки пальцев с помощью оставшегося алкоголя. А затем бросаю устройство в дальнюю часть туалета.
Я заползаю на кровать у окна и ложусь на спину, в темноте глядя в потолок.
— Я ему сильно не нравлюсь. Не так ли?
Я тихо столбенею от того, что ей удалось притвориться спящей без моего ведома.
Она притворялась? Или из-за нее я становлюсь рассеянным?
— Нет, — отвечаю я, не глядя на нее.
— А тебе?
Вопрос озадачивает меня.
Девушка встает с кровати, и я поворачиваю голову, чтобы увидеть, как она приближается. Не зная, что делать, неспособный читать ее из-за смущения от ее действий, я молчу. Она ложится рядом со мной. Ее колени подтянуты и сжаты вместе, руки зажаты между ними, Сэрай смотрит на меня.
— Ты должна вернуться в свою кровать, — говорю я.
— Я просто хочу спать здесь. Это не то, что ты подумал. Я просто боюсь.
— Ты ничего не боишься, — говорю я, снова смотря в потолок.
— Ты ошибаешься, — возражает она.— Я боюсь всего. Того, что будет завтра, и выживу ли я, чтобы увидеть, чем все закончится. Я боюсь Хавьера или кого-нибудь еще, кто войдет в эту дверь и убьет меня спящей. Я боюсь оказаться неспособной жить нормальной жизнью. Я уже даже не знаю, что чувствуют нормальные люди.
— Страх и неопределенность - совершенно разные вещи, Сэрай. Ты ничего не боишься, но сомневаешься во всем.
— Как ты можешь в это поверить? — Она кажется по-настоящему озадаченной моей оценкой ее.
Я смотрю на нее и отвечаю:
— Потому что ты не пошла в полицию. Потому что ты не пыталась связаться с кем-нибудь еще, кого ты знала, хотя у тебя было множество возможностей сделать это. Потому что ты вернулась в машину. Со мной. Убийцей.
