Дверь открыла Мергатройд и в крайнем раздражении воскликнула:
– Как, опять? Так вот, не вздумайте сейчас беспокоить моих юных леди и джентльмена. Они завтракают. Доброе утро, мистер Джайлс.
– Завтракают, Мергатройд? – переспросил он. – Знаешь, уже почти одиннадцать?
– Ну и что? Мистер Кеннет и мисс Лесли вернулись с этих танцев около пяти, – угрюмо стояла на своем Мергатройд.
– Что ж, мне очень жаль, но суперинтендант Ханнасайд занятой человек. Мистера Кеннета придется побеспокоить.
– Как скажете, сэр, – с неохотой уступила Мергатройд и отошла в сторону, пропуская их.
– Только не знаю, одета ли мисс Лесли к приему гостей, но пойду посмотрю.
– Мисс Лесли? Она здесь?"
"– Да, и провела здесь всю ночь – то, что оставалось от ночи к тому времени, когда мистер Кеннет привел ее, – ответила Мергатройд. – Она забыла ключ от своей квартиры и вместо того, чтобы поднять домовладелицу, разбудила мисс Тони и улеглась в ее постель. – Мергатройд открыла дверь в студию и заглянула внутрь. – Мисс Тони, здесь мистер Джайлс с суперинтендантом.
Впустить их или нет?
– О господи, в этот час! – простонал Кеннет. – Скажи, что нас нет дома.
– Нет-нет. Разумеется, они могут войти, – сказала Антония. – Лесли, ты ведь не возражаешь? Привет, Джайлс! Доброе утро, суперинтендант. Выпейте кофе!
Стол был накрыт у окна. Полностью одетая Антония сидела у торца с кофейником, Лесли в кимоно сидела по одну ее сторону, по другую – Кеннет в пижамной куртке, фланелевых брюках и старом блейзере. Полусонный, он угрюмо посмотрел на гостей заспанными глазами и заговорил:
– Ну, что случилось теперь? Не щадите нас.
Господи, Тони, закрой эти отвратительные яйца! Мергатройд, должно быть, спятила. Где ветчина?
– Мы доели ее вчера. Присаживайтесь, суперинтендант! Кстати, это мисс Риверс. Джайлс, ты мрачно выглядишь. Что-нибудь произошло?
– Боюсь, Тони, кое-что очень серьезное. Роджер мертв – застрелен.
Наступило ледяное молчание. Потом Антония выдохнула:
– Господи!
Кеннет застыл, не донеся чашку до рта, потом часто заморгал и неторопливо допил кофе.
Поставив пустую чашку на блюдце, он вытер рот салфеткой и спокойно сказал:
– Если верно, то неоригинально. Кстати, это верно?
– Совершенно верно, мистер Верекер, – ответил Ханнасайд, наблюдая за ним.
Джайлсу, тоже наблюдавшему за Кеннетом, показалось, что кузен чересчур старательно контролирует выражение лица. Губы сжаты с легкой суровостью, в глазах странная пустота. Кеннет посмотрел в лицо Джайлсу, затем Ханнасайду.
