– Вы не разыгрываете меня, мастер Кеннет?
Он пожал плечами:
– Спроси моего друга-суперинтенданта.
Мергатройд с шипением втянула воздух сквозь зубы.
– Вот так сюрприз. Мертв! И совсем не протрезвлялся, надо сказать. Невелика потеря – хотя смерти я бы ему не желала. – Она взглянула на Ханнасайда. – О чем вы хотели меня спросить? Я не знаю, как такое случилось, если это вам нужно.
– Где вы были вчера вечером? – спросил Ханнасайд.
– Вам-то что до этого? – ответила она. – Уж не хотите ли вы сказать, что мистер Роджер был убит?
– Боюсь, у меня есть веская причина полагать, что да, – ответил суперинтендант.
– Он был обнаружен сегодня рано утром в своей квартире с огнестрельной раной в голове.
Румяные щеки Мергатройд сильно побледнели. Она сделала шаг назад, наткнулась на кресло и плюхнулась в него.
– Милостивый Боже! – выдохнула она. – Что дальше? Все эти убийства… Я в жизни никого не убивала.
– И незачем говорить, – вставил Кеннет, – что полиция думает, будто это сделал я.
При этих словах Мергатройд подскочила из кресла.
– Ах, вот оно что! Так вот, позвольте вам сказать, – заговорила она, подходя к Ханнасайду, – что мистер Кеннет был на танцах всю прошлую ночь, и мисс Риверс может подтвердить это под присягой.
– Я хотел спросить вас не об этом, – спокойно сказал Ханнасайд. – Скажите, где были вы.
– В кино, – ответила Мергатройд.
– Одна?
– Да, одна.
– А потом?
– Сразу вернулась сюда и была здесь, когда вошла мисс Тони.
– В котором часу вы вернулись?
– В двадцать минут двенадцатого.
Если угодно, можете спросить мистера Питерса – вы найдете его в извозчичьем дворе. Ему принадлежат запирающиеся гаражи, он увидел меня и спросил, хороший ли был фильм. Я ему ответила.
От служанки больше ничего нельзя было добиться. Ханнасайд отпустил ее и через несколько минут ушел сам.
После того как за суперинтендантом закрылась парадная дверь, все несколько минут молчали. Нарушила молчание вернувшаяся в студию Мергатройд.
– Мне нужно готовить овощи, – прозаично сказала она, – не говоря уж о мытье посуды, так что, само собой, я не могу тратить время на разговоры.
Мисс Тони, пойдемте, помогите мне. Нет смысла сидеть здесь с испуганным видом. Размышления ничего не улучшат.
Антония взглянула на Джайлса:
– Джайлс, все это становится отвратительным. Я ничего не имела против, когда речь шла об Арнольде, но это невыносимо! Кеннет – ты был в Альберт-холле всю ночь, так ведь?
– Господи, теперь она думает, что это я.
