– Я знаю, она говорит, что была с мистером Каррингтоном, но лично я чувствую…
– Твои чувства, личные или нет, никого не интересуют. Замолчи!
Виолетта поднялась, на щеках у нее вспыхнули красные пятна.
– Не надо со мной так грубо. Я имею право говорить, что думаю, – больше, чем Лесли Риверс, позволь тебе сказать! Конечно, я привыкаю к тому, что в этом доме меня обрывают всякий раз, стоит мне открыть рот, но будь добр, Кеннет, вспомни, что я твоя невеста!
Кеннет бесстрастно посмотрел на нее, словно обнаружил необычное, но любопытное существо.
– Странно, – заметил он. – Тони всегда говорила, что тебе присуща некоторая вульгарность. Теперь я понимаю, что она имеет в виду.
– Как ты смеешь меня оскорблять? – вспыхнула Виолетта, ее губы сжались от гнева в тонкую линию.
– Если не хочешь, чтобы я тебя оскорблял, не касайся моей сестры! – сказал он с суровым блеском в глазах."
"– Нет уж! Ты по-дурацки вел себя на протяжении всего этого дела, но если сам себе не поможешь, не думай, что я буду молчать! Ты крайне эгоистичен, иначе постарался бы понять мою точку зрения.
Неужели ты думаешь, что я буду радоваться, видя тебя арестованным за убийство? Ты даже не думал о том, что будет со мной, если тебя осудят?
– Нет, – ответил Кеннет с кривой улыбкой. – Не думал.
– Ну а я думала! И хочу знать, действительно ли Тони была с мистером Каррингтоном до полуночи. Не говори мне, что Мергатройд видела, как он привез ее сюда. Мергатройд скажет что угодно. Собственно, я не удивлюсь, если окажется, что Тони имеет гораздо большее отношение к обоим убийствам, чем мы представляем!
– Минутку, мисс Уильямс, – сказал Джайлс.
– Не забываете ли вы о моих показаниях?
– Нет, мистер Каррингтон, не забываю. Но вполне очевидно, что вы скажете и сделаете все, что угодно, для защиты Тони. Прошу прощения, если вы оскорбились, но я не могу и не буду стоять сложа руки и смотреть, как Кеннета ведут в тюрьму из-за небольшого умолчания!
Тут вмешался Ханнасайд, спросив Кеннета, готов ли он идти с ним.
– Нет, – ответил Кеннет. – Не готов. Я хочу поговорить наедине со своим кузеном.
– Пожалуйста, – согласился Ханнасайд.
– Пойдем ко мне в комнату, – сказал Кеннет Джайлсу. – Суперинтендант, не беспокойтесь, я не собираюсь убегать.
Джайлс последовал за ним из студии через небольшой коридор в его спальню. Затворив дверь, он смотрел на Кеннета, присевшего на край кровати. Вид у Кеннета был напряженный, и заговорил он слегка отрывисто:
– Говори! Ты мой адвокат.
