Убить босса!

Справедливости ради сказать, никаких особых принципов у него, вопреки представлению МакКуина, не было. Просто старый сыщик уже знал, кого ищет, и довольно ясно представлял себе круг интересов и возможностей фигурантов. Если Мартенсон прилетел в Лас-Вегас, значит, первым делом он навестит дом Малкольма. Это был настолько же бесспорный факт, насколько не подлежало обсуждению то, что теперь эти двое следуют в головной офис «Хэммет Старс». Если бы речь шла о розыске бытового убийцы или вымогателя, Чески искал бы его у знакомых и родственников, поднимая их связи и блокируя доступ к ним.

Человек уровня Малкольма прятаться по квартирам родных и близких не станет хотя бы по той причине, что его ищет не кто-нибудь, а Мартынов, который знает всех родных и близких своего босса. Да и найти достойную защиту у этих близких не получится. Малкольму бежать нужно туда, где он может найти силу, способную противостоять русскому уголовнику, со съехавшей крышей.

Таких объектов в Вегасе, по представлению Чески, было два: дом главы «Хэммет Старс» и его офис неподалеку от арены, где проводятся рейтинговые бои.

С домом всё ясно. Дома больше нет. Оставался офис.

В пути Чески связался с Нью-Йорком и попросил соединить его с оператором наружного наблюдения, ведущим отсечку разговоров Малкольма в Вегасе. Проще было переадресовать запрос в полицию Лас-Вегаса, но Чески решил быть последовательным и от услуг коллег отказался. Если он привезет Малкольма или Мартенсона, или хотя бы кого-то одного из них в Нью-Йорк, то чрезвычайно порадует лейтенанта Кросби и утрет нос коллегам на юге.

Транспортировка подозреваемого за счет полицейского департамента из Вегаса в Нью-Йорк должностным преступлением не считается, равно как и нежелание просить помощь у коллег на месте.

Приняв сообщение о контакте Малкольма посредством мобильной связи, Чески тотчас включил на своей трубке цифровой диктофон, произвел отчет оператора и распрощался.

Потом включил и прослушал.

Из разговора следовало, что он, Малькольм, звонит некоему Джексону и сообщает, что интересующее Джексона лицо в данный момент следует к спортивной арене, расположенной на улице Стрип, – центральной улице города. Малкольм просит поддержать его, поскольку свои условия договора выполняет, чего, собственно, ждет и от собеседников. Джексон сказал что-то вроде «адью», из чего не только Чески, но и, видимо, сам Малкольм не понял, будет помощь, или нет.