Ты его больше не получишь! Как ты мне надоел! Хоть бы ты сдох уже наконец!
Бальтазар занес руку для следующего удара, Эвелина отшатнулась, но король не стал бить.
– Позже, – усмехнулся он. – А ведь я хотел оставить тебя в живых… на какое-то время!
Толкнул в спину:
– Иди!
«Почему не откроет портал?» – удивилась Эви, потом догадалась, что остаточная магия круга Харраса создает слишком сильное искажение. Бальтазар уведет ее на несколько десятков метров и только тогда сотворит телепорт.
И все. Никто и никогда больше не увидит глупую улиточку живой…
Эви тщетно всматривалась в горизонт, надеясь разглядеть Дегара.
Воздух дрожал над раскаленной землей. То ли бредет вдалеке человеческая фигура, то ли клубится дым, то ли катится колючий куст перекати-поля.
Дегар поймет, что произошло. Он отомстит. Пришлось утешаться этим.
Эви побрела нарочно медленно. Еще надеясь на что-то… На что? Глупая.
Почему обернулась, и сама не поняла. Меньше всего ей хотелось любоваться на зверя в человеческом обличье.
Как же несправедлива бывает судьба: почему человеку с гнилой душонкой досталось такое красивое тело? Может, потому и оглянулась, что хотела доказать себе: не так уж он хорош собой.
Правитель Ферранда поймал ее взгляд и оскалился широкой и острой, как нож, улыбкой. Красивое и опасное чудовище.
И тут краем глаза Эви увидела за спиной короля еще более опасную тварь. Сгусток темноты подкрадывался неслышно, ни одна песчинка не сдвинулась с места. Это была Тень. Она не походила на тех жутких созданий, которые лезли из Червоточины первыми.
Небольшая, размером с кошку, но все равно смертоносная.
Бальтазар не видел Тени и ничего не чувствовал. «Берегись! – рванулось из глубины души. – Сзади!» Все человеческое внутри Эви всколыхнулось и закричало от ужаса, но она посмотрела на лицо короля – бездушное и пустое лицо убийцы – и медленно улыбнулась в ответ.
Не перестала улыбаться и тогда, когда Тень вытянула щупальца и обвила Бальтазара за ноги. Тот содрогнулся, как от удара молнии.
Глаза сделались удивленными. Он успел сложить пальцы в незаконченный аркан, но колени подогнулись, руки заскребли по запекшейся земле. Тени было все равно, какими душами питаться, так что и гнилая душа Бальтазара пришлась ей по вкусу.
Она будто даже немного подросла, встряхнулась, точно собачонка, и, поразмыслив мгновение, двинулась к Эвелине.
Эви отпрыгнула, споткнулась: ноги держали плохо. Упала и больно оцарапала ладони.
