– Я мейджи, – приветливо сказала Эви. – А это мой… помощник. Ищем подработку. Обычно я беру золотой за услугу, но сегодня вам повезло. Ужин, ночлег, возможность привести себя в порядок – и три магических услуги ваши!
Мужик придирчиво осмотрел диплом и печать Академии. Ведь и грамоты, поди, не знает, а туда же – значимость свою показывает.
«Вот так оно – магом-практиком работать…» На деле романтика больших дорог оказалась с гнильцой: разбойники, грязь, усталость и недоверчивые лица селян. Просто так раскошеливаться никто не собирался.
Хозяин поскреб в затылке, потом все же отворил калитку.
– Денег не дам! – сразу сообщил он. – Ни медяшки. Вижу я, какая ты мейджи – зеленая совсем. Небось и опыта никакого.
Из дома точно горошины высыпали дети – один младше другого. Все босые, в длиннополых рубашонках. С любопытством разглядывали незнакомцев, но подойти не решались. Вышла на порог и хозяйка – женщина с усталым лицом. Вытирала руки о фартук и глядела без интереса: так утомилась за день, что ей хоть путники, хоть маги, хоть заплутавшие демоны – все сделалось безразлично.
– Мышей из подвала прогнать, горшки заговорить, чтобы тепло сохраняли, – монотонным голосом перечислял мужик. – У Чернявки нашей, у кошки, хворь какая-то приключилась – излечить. Она у нас мышеловка знатная. А котят я аж в Граппу езжу продавать – такие всем нужны. Ах да, у мальца моего чирей на лбу…
– Это уже четыре, – механически отметила Эви, лишь потом опомнилась: – Ребенка вылечу, он важнее кошки.
– Мальцов я еще с десяток настругаю, а такую кошку больше нигде не найду! – сказал хозяин.
Эви хмыкнула: думала, пошутил. Тот посмотрел строго: нет, не шутил.
– Ладно, – махнула она рукой. – Значит, четыре услуги.
– А помощничек твой пусть дров нарубит. Вон силища-то какая."
"Райли, ни разу в жизни не державший в руках топора, моргнул. Неловко пожал плечами, что могло означать и «да», и «нет» одновременно.
В доме стоял аромат свежеиспеченного хлеба, на шестке виднелся чугунок с кашей. Эви проглотила слюнки, дернула за руку Раулара, который направился было к столу.
Пока дело не сделано, и оплаты нечего ждать. Но как же есть-то хочется!
– Покорми детей, – подала голос женщина. – Смотри, бледные какие. Видать, со вчера не емши.
– А работать надо лучше! Дети! Тоже мне! Если дети – пусть дома сидят, – огрызнулся хозяин, но сжалился, указал подбородком на лавку: садитесь, мол.
Эви и Райли не заставили себя просить дважды. Только сели, как тут же оказались в кольце малышни.
