Перемахнул через бортик телеги, схватил Эви, едва не вырвав ей руки из плечевых суставов, перекинул через плечо и размеренно побежал в сторону ворот.
Эвелина ожидала, что в спину ей вот-вот прилетит заклятие. И пусть! Зато больше никаких переживаний! Ей даже послышались крики: не иначе егермейстеры опомнились и бросились в погоню. Но Дегар уже вломился в чащу леса, подступившего к самой городской черте.
Он бежал напролом, не обращая внимания на то, что ветки хлещут его по груди и лицу. А вот Эви пронзительно вскрикивала каждый раз, когда ветки ударяли ее по чувствительным бедрам.
Было ощущение, будто гадский демон таким замысловатым способом отшлепал ее.
– Отпусти меня!
– Нет!
– Поставь на ноги, я пойду сама!
– Ты слабая и медленная.
– Ты теперь тоже человек, Дегар Тэшш! Не забывай об этом! У тебя сейчас куда меньше сил!
Он промолчал, но и темпа не сбавил. Эви почудилось в этом молчании угрюмое упрямство. Будто демон отказывался признавать, что и сам теперь превратился в улитку.
Тело Райли было молодым и выносливым, но все-таки человеческим телом.
Через несколько минут быстрого бега с Эвелиной на плече Дегар Тэшш начал уставать. Его грудь вздымалась, воздух со свистом наполнял легкие, рубашка на спине промокла насквозь. Вот только разгоряченный демон, к изумлению Эви, пах не человеческим потом… Мейджи закрыла глаза, вспоминая. Пушки у дворцовых ворот. Раскаленный под солнцем металл. Медь и бронза. Это был запах Дегара Тэшша.
– Отпусти меня, – снова попросила она.
На этот раз демон послушался.
То ли выдохся, то ли посчитал, что погоня осталась далеко позади. Он не церемонился – сгрузил Эвелину на землю, как мешок с картошкой, спасибо, со всего размаха не припечатал.
Она машинально протянула руку, ожидая, что демон поможет ей подняться. Тот мгновение разглядывал ее ладонь, потом отвернулся и зашагал прочь с прямой спиной.
– Эй!
Эви кое-как встала на корточки, потом, кряхтя, точно старушка, поднялась на ноги и заковыляла следом за Дегаром.
– Стой же ты!
Он застыл, обернулся с непроницаемым выражением лица.
Было непривычно видеть, как знакомые с детства черты складываются в отстраненную и суровую маску.
– Надо идти.
– Знаю, что надо! – огрызнулась Эви. – Но куда? Мы ведь не можем прятаться в лесу всю жизнь!
– В Грон. Во дворец. За сапфиром.
– В Грон? Ну да, ну да, конечно! Ты видел себя со стороны? Свои жуткие глазищи! А лицо у тебя такое, будто тебя ужалила сон-муха, отчего у тебя мышцы омертвели. Ты ведь как кукла.
