Убить волка (СИ)

Пару-тройку Черных Орлов было легко спрятать, но можно ли тоже самое сказать о солдатах Черного Железного Лагеря?

Более того, как маршалу Гу удалось переместить солдат сюда, с пустыни на северо-западной границе?

Он только притворялся глухим? Или он притворяется, что хорошо слышит?

В какой-то момент даже Чан Гэн не мог не почувствовать, что Гу Юнь очень рано узнал о том, что Вэй-ван положил глаз на восточное море. Маршал просто терпеливо ждал, когда сможет выйти и сразу собрать весь урожай.

Неподалеку раздался знакомый гул.

Гу Юнь и кружащие в небе Черные Орлы могли общаться жестами рук. Один из них получил приказ, забрал бирку черного тигра и полетел к гигантскому змею, дабы поприветствовать привезенные Яо Чжэнем войска.

Хуан Цяо закрыл глаза - у них не осталось ни шанса на лучший исход.

Бесконечная музыка, наконец, прекратилась. Девушка покинула каюту, прижимая музыкальный инструмент к груди и глядя на связанного Хуан Цяо.

Хуан Цяо поднял на нее взгляд и закричал:

— Чэнь Цинсюй, даже ты предала меня?!

Чэнь Цинсюй бросила на него безмолвный взгляд и прошла мимо с безэмоциональным выражением лица. Ее лицо напоминало маску - с таким же выражением лица она наливала вино; с таким же – исполняла мелодии, когда на судне началась драка; с этим же - когда командира Хуан Цяо допрашивали.

Она медленно подошла к Гу Юню и поприветствовала его:

— Господин Аньдинхоу.

Гу Юнь ненадолго отложил свое высокомерие.

— Благодарю вас за помощь, барышня Чэнь. Могу я поинтересоваться, какие у вас отношения с почтенным учителем Чэнь Чжоу?

Господин Чэнь Чжоу был старым лекарем, который много лет назад прописал Гу Юню лекарство.

— Это мой дедушка, - ответила Чэнь Цинсюй. - Морские волны очень сильны, Аньдинхоу и его друзьям стоит пройти в каюту.

Гу Юнь понимал, что барышня напоминает ему о побочном действии лекарства - сильной головной боли. Он лишь улыбнулся, ничего не ответив.

Чэнь Цинсюй заметила, что он ее не слушал. Она больше ничего не произнесла. Подобрав полы одежды в почтительном поклоне, она сказала:

— Я молюсь, чтобы наступило великое спокойствие и благоденствие, и желаю милостивому Императору долгих лет жизни.

— Премного благодарен, - ответил Гу Юнь.

Чэнь Цинсюй развернулась, чтобы покинуть корабль. Она так устала от музыки, что даже не обратила никакого внимания на противостояние мятежников и дунъинцев.