Застыв соляными столбами, мы при гробовом молчании несколько секунд любовались содержимым сейфа – только прерывистое дыхание вора нарушало идеальную тишину. Затем Мент вытряхнул пистолеты с рациями на диван и оперативно загрузил все деньги в сумку.
Джо отмотал от воровской головы гранату и спрятал ее в карман. Парапет со стоном вздохнул, опустился на диван и, схватившись за сердце, прикрыл глаза.
Мы в нерешительности замерли, избегая смотреть друг другу в глаза. «Общак» – это, как я уже указывал выше, «приятное».
Побочный продукт данного мероприятия. Суть первого этапа операции состоит в ликвидации вора.
Сейчас кому-то из нас нужно убить вот этого пожилого беспомощного мужика, который обессиленно привалился к спинке дивана и массирует область сердца, никак не реагируя на кучу стволов, сваленную в беспорядке на расстоянии вытянутой руки.
Джо смущенно крякнул. Мент полез указательным пальцем в нижнюю дырку на своей шапке и принялся чесать нос… Обговаривая детали операции, этот пункт мы обошли стороной.
Было решено так: залетаем, накалываем, берем «кассу», «мочим» и сваливаем… Кто конкретно будет мочить, сказано не было.
– Еб вашу мать, мужики! – злобно пробормотал я, выждав некоторое время. – Я командир – вы бойцы! Так работайте! Какого фуя застыли?!"
"Джо еще раз смущенно крякнул и отвернулся. Мент сверкнул на меня зрачками из шапочных дыр и глухо сказал:
– Ты командир – ты и мочи… Ну ты погляди на него – как его валить?
Так-так… Знакомо мне это.
Тупиковая ситуация. Час назад каждый из этих парней убил бы человека. Не задумываясь, не размышляя. Потому что была схватка – кто кого. Боевой азарт отвлекает от проблем нравственного характера, сводит на нет степень цивилизованности ратоборцев, оставляя лишь стремление победить любой ценой. Убить же безоружного, беззащитного вне боя очень трудно – если делаешь это впервые. По себе знаю.
– Ты! Ты… – неожиданно прохрипел вор, тыча в мою сторону пальцем и округляя глаза, как испуганный кот.
– Ты как… А Лялька?! Лялька как же? А?
О! Интересная мысль!
– А Ляльку эти ребята замочили, – сообщил я, хватая вора за руку и толкая его от дивана к середине кабинета. – А перед тем, как замочить, оттарабанили во все дыры. Вот так и получается, родной ты мой. – Я взял из кучи оружия на диване револьвер, крутанул барабан – полный. – «Общак» у тебя хапнули, «маруху» твою завафлили. Короче – всяко-разно зачморили.
