Денька этак через четыре я решил покинуть гостеприимную усадьбу Кротовского по весьма интимной причине: по мере моей адаптации молодая и смазливая дочь бригадира, торчавшая дома целыми днями, начала вызывать у меня непреодолимое сексуальное желание. И что самое страшное, ее поведение в какой-то степени провоцировало меня все время думать о своих грязных помыслах.
Будучи верен кодексу боевого братства, я честно уведомил Кротовского о складывающейся ситуации и попросил его помочь перебраться на другую хазу. Озабоченный Вовка моментально все бросил и уже к вечеру этого же дня подыскал мне полдома в частном секторе – за весьма умеренную плату, с телефоном, а также с одинокой бабкой, имеющей довольно экзотическое имя – Жанна Христофоровна, а помимо имени еще добротный склероз и частичную глухоту.
После этого мой кореш самостоятельно взял на себя решение моих физиологических проблем, рассудив, по-видимому, что в данной ситуации как нельзя более уместен основной принцип гомеопатии – подобное подобным."
"Уже ближе к вечеру, когда я закончил обустраиваться на новом месте, Кротовский вывез меня в одно бардачное заведение, которое он то ли по простоте душевной, то ли просто по хилости ума обозвал «уютным местечком».
В этом гнусном вертепе, обосновавшемся на какой-то левой даче неподалеку от выезда из города, предавались разнообразным утехам довольно подозрительные личности – Кротовский всех их знал и при встрече радостно лобызался с каждым. Один из них пытался заставить меня уколоться какой-то дрянью, другой предлагал покурить анашу, а когда я от всего отказался и спросил – нет ли у них коньяка, мне сообщили, что я весьма странный тип и многое теряю.
Вовка, с ходу взятый в кольцо тремя не совсем одетыми девами, посоветовал мне не стесняться и делать все, что в голову взбредет, – только никого не убивать. Поскольку у меня в голове вертелась одна мысль – малость потрахаться, я прошвырнулся по даче, во всех углах напоролся на разнообразный разврат и наконец в одной из комнат обнаружил двух чрезвычайно соблазнительных девиц, с виду вполне нормальных – ну разве что слегка окосевших – то ли от ширева, то ли от обычного алкоголя.
Телки томно смотрели друг на друга, пили вино и сладострастно зевали. Я без обвиняков предложил одной из них остаться со мной, а второй прогуляться на полчаса, но они пожелали остаться обе и с ходу – даже не спросив, как зовут, – начали меня ласкать, заявляя при этом, что я отличный парниша и они страшно рады тому, что я их посетил.
