Участковый: От стажера до ведьмы. От кодексов до ритуалов. От пистолета до кольца

Разговаривать про Анатолия тоже никому не хотелось, что тут непонятного? Решил мужик обеспечить себе страстную ночь, вот и все. Добавка в кока-коле, как раз сработало бы к моменту отъезда. Или до города доехать, или прямо в лесу… того. А потом поди, докажи?

Сколько времени выводится из организма эта пакость, Ирина не знала, но ведь могли и до утра задержаться. А там пока суд да дело…

А просто так ноги переломать? Стоило бы, но ведь сама и сядешь.

Всем было почему-то ужасно противно. Словно на полном ходу ногой в коровью лепешку въехали.

Постепенно собрались, затоптали костер, разошлись по машинам… В тесноте, да не в обиде. Ирине выпало ехать с Алексеем и его подругой. И той семейной парой, которая без машины. Ну и пусть их, переживем. Посидим на заднем сиденье, втроем умещаемся – и ладно, не в багажнике ж ехать!

Дорога вилась по полю, прихотливые изгибы напоминали гусеницу, фары выхватывали из темноты то один причудливый куст, то второй…

Алексей остановился. Даже чуть повернул машину, чтобы фары ярче светили.

«Ниссан» прочно сидел в грязи. Слева от дороги, видимо, стекала вода. Там образовалась здоровущая лужа, прямо-таки грязевое болото. Обычно делается сток, но или он забился, или изначально сделано было не по-человечески… Как уж туда съехал Анатолий? Неизвестно.

Но застрял он аккурат посреди этой лужи. И сейчас больше всего напоминал грязевого человека. Пока вылез, пока подумал…

Грязи было столько, что затекла даже внутрь машины.

– Ребята!! Вытащите меня!! – Философ верещал так, что захотелось уши прочистить. Этакая смесь нахальства и радости.

– Стоять! – рыкнул Макс.

Анатолий, который было двинулся к ним, остановился. Прямо в луже.

– Никто тебя не потащит, – приговорил Максим. И недобро ухмыльнулся. – Тут деревня неподалеку, километров десять. Добредешь, трактор найдешь, авось и вытащат.

– Нам такая грязь не нужна!

– Точно! – поддержал кто-то из женщин.

– Садимся, – резко приказал Макс.

Выглядел он очень убедительно, а учитывая, что был на две головы выше Анатолия… Проверять философ не рискнул. И потерянно хватал ртом воздух, наблюдая, как все рассаживаются по машинам. Быстро и молча.

Опомнился он, когда кто-то сильно хлопнул дверцей.

– Вы не можете меня тут оставить!!

Мотор заурчал. Машины тронулись.

Вслед им полетели комки грязи и не менее грязные слова. Ну и черт с ним.