Заруцкий, убежав вместе с Мариною Мнишек из-под Москвы, захватил Астрахань и думал образовать там свое особое государство под главенством Персидского шаха. Он собирал вокруг себя казачьи шайки и сносился с шахом. Узнав об этом, из Москвы послали на Астрахань войско и всячески просили казаков, сидевших на Дону, не помогать Заруцкому. Жестокость Заруцкого оттолкнула от него астраханцев, а казаки донские, уставшие от смут, не пошли к Заруцкому и Марине. Заруцкий был прогнан из Астрахани местными жителями еще до прихода московского войска и убежал с небольшою ратью на север, на р.
Урал (которая тогда звалась Яиком). На Яике догнали его московские воеводы и взяли в плен как самого Заруцкого, так и Марину с ее сыном «царевичем» Иваном. Заруцкий и «царевич» были казнены в Москве, а Марина умерла в тюрьме. Казаки же Заруцкого разбрелись. Так миновала опасность от казаков, сосредоточенных на юге — на Дону и южной Волге. Но оставались мелкие казачьи шайки в самом государстве. Они бродили из области в области, живя грабежом и разбоем, и не хотели подчиниться правительству.
Выслеживать и ловить их было очень трудно, потому что они укрывались от погони. Когда же случайно казаков собиралось вместе большое число, они становились дерзкими и отваживались на открытый бой с царскими войсками. Так, в 1614 г. атаман Баловень повел к самой Москве большие толпы «воровских» казаков. Царь и земский собор отправили на них целое войско под начальством знаменитого тогда воеводы князя Бориса Мих.
Лыкова-Оболенского. Лыков разбил казаков, поймал Баловня и привел в Москву тысячи сдавшихся ему «воров». После этого русские «воры» присмирели. Но продолжали еще действовать пришлые литовско-польские разбойники. Особенно отличался среди них старый тушинский воевода Лисовский, который в продолжение нескольких лет с большою шайкою всякого сброда необыкновенно быстро обходил все Московское государство, грабя и убивая. Напрасно гонялись за ним московские воеводы; даже сам князь Пожарский не был в состоянии его изловить.
Только смерть Лисовского избавила от него Москву. Кроме этого литовского «вора», грабили Русь и другие литовско-польские выходцы, в особенности «черкасы» (казаки с Днепра), забиравшиеся далеко на север, даже к Белому морю. Много времени и усилий потребовалось для того, чтобы истребить этих «воров» и водворить некоторую безопасность в стране.
В то же время шла борьба со шведами и с королем Сигизмундом.
