– Как будет угодно вашей светлости, – ответила я. – Поеду с превеликим удовольствием. Мне нужно только переодеться.
– Иди, ангелочек, – милостиво махнула рукой в перчатке мадам де Веруа. – Буду ожидать тебя в кабинете лекаря.
Величаво, будто была не в особняке безродного лекаря, а на балу в королевском дворце, графиня пошла по коридору, едва не задевая стены широкими юбками. Это было странно – видеть лиловый атлас, просвечивающий сквозь окружающее мадам оранжевое облако. Оно было чистым, без пятен и дыр. А это значило, что графиня здорова, горделива и уверена в себе, как никогда.
Мне это на руку. Лекарь не посмеет перечить любовнице короля, а потому стоит расположить к себе графиню и сделать так, чтобы она во мне нуждалась. Ей наверняка что-то нужно – уж больно она любезна и ласкова. Глядя красавице вслед, я подумала: возможно, единственный для меня выход заключается в том, чтобы вылечить всех вокруг себя и затем жить без болей среди здоровых. От этой мысли и от перспективы сбежать отсюда я повеселела и направилась к винтовой лестнице.
В своей комнатке я подперла дверь стулом и начала приводить себя в порядок. Как же приятно было ощущать майское тепло после подвальной сырости! Переступив порог, я осмотрелась, с надеждой думая, что, возможно, больше сюда не вернусь.
Но тут же в лицо ударило морозной колкостью.
– Быстро же ты отказываешься от своих обещаний! – прошипело привидение.
– Мне нужно завести богатых и благодарных друзей, тогда будет проще разобраться с лекарем, – ответила я. – Пока же скорее я присоединюсь к тебе, чем помогу.
Разве ты не понимаешь?
– Королевская блудница никому не будет другом, кроме себя самой.
– Но она обязана мне!
– Напоминай ей об этом почаще, и не заметишь, как тебя придушат в укромном местечке. Или отравят.
– Ты не знаешь этого, – ответила я, продолжая спускаться.
– Не всё надо знать, но всё чувствовать.
– Я не отказываюсь от обещания, – буркнула я, выходя на второй этаж.
Я не стала объяснять привидению, что уже почти физически ощущаю опасность, представляю, как страшные щипцы лекаря касаются моей кожи… Нет, если не уйти сейчас, мне не покинуть этот дом живой, – твёрдо решила я.
Привидение, как всегда подслушало мои мысли, а потому замолчало, но продолжало сопровождать ледяным шлейфом.
Белый, как стена, Этьен, преградил дорогу.
– Святая Инесса куда-то собралась, не успев воскреснуть? – мрачно спросил младший Годфруа, испытующе сверля меня взглядом.
– Сударь, пропустите, – уже не так смело проговорила я.
