Стоило мне приблизиться, как он сделал шаг вперед и фыркнул:
— Наконец-то. Я думал, Бешеная встрепенется раньше.
— А могла бы не встрепенуться, а голову тебе откусить, — любезно сказала я. — Что хотел?
— Сказать тебе пару слов, но уже чувствую, что все зря, — ответил он. — Я и перед балом потрудился тебя предупредить. Но это не помешало тебе туда отправиться. И создать проблемы всем.
— Это не твое дело, — отрезала я. — Можешь не утруждать себя предупреждениями, от соревнований в Лабиринте я не откажусь.
Чейн возвел глаза к небу и пробормотал:
— Да пошлите же ей хоть немного ума…
Затем он обратился уже ко мне:
— Если ты еще не поняла, то я собираюсь выиграть.
Увы, но по новым правилам для этого нужна ты. Довеском куратора ты принесла бы меньше бед, но твоя псина портит всю картину. Скорее всего, в лабиринте ей снесет крышу. И хорошо, если при этом она никого не ранит, и Ледяной успеет спасти твою шкуру.
Он сделал выразительную паузу, и я осведомилась:
— Это все?
— Почти, — кивнул он. — Потрудись выжить, когда останешься без байланга.
И думай, что берешь с собой. Перед Лабиринтом будет досмотр.
С этими словами он развернулся и ушел. Я пыталась переварить сказанное, когда за моей спиной щелкнул запор. Дверь в загон Свейта отворилась, и на пороге появился бледный Вестейн. Я огляделась и прошептала:
— Как ты сюда попал?
— Через забор, — также тихо ответил он.
Сначала от мысли, что куратор лез в загон своего пса через забор, чтобы подслушать разговор двух адептов, стало смешно.
Затем, когда я глянула на лицо Вестейна — не очень.
Я приблизилась и требовательно шепнула:
— Иди за лекарством.
Но вместо этого куратор задумчиво произнес:
— Чейн — не дурак и не подлец. Интересно, что он задумал?
— Мы точно говорим про того Чейна, который учится со мной в одной группе? — сердито фыркнула я.
— Ты можешь его не любить, но он лучший из адептов курса, — спокойно произнес Вест. — и вам придется работать в команде. Отправляйся на завтрак и постарайся хотя бы в последний день перед состязаниями не ввязываться ни в какие неприятности.
— Целитель, — напомнила я и ушла.
Вроде бы все правильно, Чейн хорош в управлении оружием и у него сильный байланг… Но почему же так обидно? Я снова ревную, да?
Вопреки моим ожиданиям, день прошел непривычно тихо. Нам не задали гору домашних работ, а все преподаватели желали удачи. Большинство — довольно искренне. Бакке даже отпустил меня с отработки, снабдив на всякий случай парой полезных скляночек.
