— Угу, — пробормотала я и малодушно перевернулась на другой бок.
— Анна Скау!
— Сейчас… — пробормотала я и натянула на голову одеяло.
Но этого куратор уже не стерпел, и с меня самым бесцеремонным образом стянули одеяло! Наверное, этим Ледяной хотел меня смутить, но я вспомнила, что моими голыми коленками его уже не удивить. И вместо того, чтобы начать возмущаться, крепко зажмурилась и обняла меч.
Мистивир в этот момент начал мелко подрагивать от смеха.
— Что? — процедил куратор,и его голос был холоднее льда.
Обращался он явно не ко мне. Кажется, меч ему что-то ответил. Потому что после паузы Мистивир снова мелко задрожал, а Ледяной рыкнул:
— Это не твое дело!
Клинок это не устрашило, а я вспомнила про ту сотню вопросов, которые хотела задать куратору. Сон слетел, я резко села на постели. И только после этого начала осознавать, в какую неприятную ситуацию попала. Во-первых, голые коленки, которые куратору все же видеть не полагалось. Во-вторых, за окном уже не рассвет. В-третьих, кажется, Ледяной зол, и я нарвалась.
Как-то странно он на меня смотрит…
Глава 13/3
Вестейн
Кожу под повязкой начало жечь около полуночи. Вестейн продолжил сидеть в кресле и не шелохнулся. Камин источал сухое тепло, поленья потрескивали, пламя бросало отсветы на обшитые деревом стены комнаты. Куратор скользил взглядом по довольно простой обстановке. Кровать, письменный стол, два кресла у камина.
Обычная комната в общежитии для преподавателей. Ничто в ней не выдавало то, что ее обитатель — потомок рода, который чуть было не стал правителем Севера.
Но — только чуть. И теперь единственный наследник некогда многочисленного рода Аабергов заброшен на самый край мира.
От мрачных мыслей снова отвлекла метка. Жжение сменилось нестерпимым зудом. И тогда Вестейн не выдержал. Сорвал с руки повязку и обомлел. Со стороны могло показаться, будто ничего не изменилось. Ровные ряды багровых точек — след зубов юного байланга, который звали меткой связи. Но если присмотреться, вокруг нее проступали новые пятна и линии.
Пока едва заметные, но кричащие о том, что самое страшное все-таки произошло.
В следующий миг дверь скрипнула и отворилась. Куратор натянул рукав. Но это оказался друг. Йоран повесил плащ на крючок и спросил:
— Чего не спишь? Завтра вылетаем рано…
После этого он заметил лежащую на столе повязку. По губам стража скользнула улыбка. Он мгновенно оказался рядом с Вестейном и рывком задрал рукав его рубашки.
— О-о-о-о… — протянул Йоран.
