– Может быть, – ответила я, и он улыбнулся.
Отец сознательно решил купить телевизор именно в тот год, потому что он знал, что 1 января все исчезнет. Он хотел дать нам последнюю возможность почувствовать этот мир, прежде чем его не станет.
Из-за кулис вышли друзья Чарльза. Он поднялся и попрощался. Я смотрела, как он уходит вместе с ними, как они смеются и шутят, и представляла себе другую жизнь, в которой я могла быть одной из них. Я представляла, как Чарльз приглашает меня к себе домой поиграть или посмотреть кино.
И эти мысли были приятны. Но когда я представляла, как Чарльз приезжает в Олений пик, меня охватывала настоящая паника. А вдруг он обнаружит наш погреб? Или бак с топливом? В тот день я наконец поняла, для чего нам винтовка. Это могучее оружие с поразительной дальнобойностью могло сокрушить долину. С его помощью мы могли защитить свой дом, свои припасы – ведь отец говорил, что мы сможем ездить, когда все будут ходить пешком. У нас будет и пища, когда все будут голодать и рыскать в поисках еды.
Я снова представила, как Чарльз поднимается по холму к нашему дому. Но теперь я лежала на гребне и смотрела на него в перекрестье прицела.
Рождество в том году у нас было скромным. Мы не были бедными: мамин бизнес шел хорошо, и отец все еще занимался металлоломом. Но все деньги мы тратили на припасы.
До Рождества мы продолжали готовиться. Каждое действие, каждое даже небольшое пополнение припасов могло стать решающим в деле выживания. Мы с тревогой ждали Рождества.
– Когда настанет час нужды, – говорил отец, – время приготовлений кончится.
Дни шли. Наступило 31 декабря. За завтраком отец был очень спокоен, но за этим спокойствием я чувствовала возбуждение и даже предвосхищение. Он столько лет этого ждал, закапывал винтовки, собирал продукты и призывал остальных поступить так же. Все в церкви читали пророчества, все знали, что Дни отвращения близки. Но все смеялись над отцом и подшучивали над ним. Сегодня же наступит день отмщения.
После ужина отец несколько часов читал книгу Исайи.
Около десяти вечера он закрыл Библию и включил телевизор. Телевизор появился у нас недавно. Муж тети Энджи работал в компании спутникового телевидения и предложил отцу хорошую скидку за подписку. Когда отец согласился, мы ушам своим не поверили. Но, оглядываясь назад, я понимаю, что это было совершенно естественно для отца – перескочить из мира, где не было ни телевизора, ни радио, сразу в мир спутникового телевидения.
