Ученик своего учителя. Том II (СИ)

— Развратить целый город, чтобы сбить цену? Хм, соблазнительно… — иронично сказал Малк и ещё раз внимательно окинул взглядом разжиревшего осьминога.

Смотрелся тот донельзя живым, из-за чего у Малка моментально возникло желание устроить поганой картинке аутодафе, и только серьёзное усилие воли позволило ограничиться закрытием блокнота.

— Закончили?.. Хорошо, — с ленцой в голосе сказал Моравия, — у меня как раз кое-какие соображения появились. Обсудить нужно.

Говорил он ровно, без эмоций, однако Малк мигом уловил угрозу и напрягся.

— Так вот, два момента. Во-первых, я что-то никак не пойму, как вы своей марионеткой управляете. Рабочая дистанция Бакалавра-кукловода со Стиксона обычно не превышает полусотню саженей, в редких случаях сотню. Я же буквально только что «обошёл» куклой все известные мне укрытия в радиусе полутора сотен саженей от дома и никого не нашёл. Это… необычно.

— Ну знаете, тогда какой смысл в убежище, если оно будет открыто всем и каждому? — рассмеялся Малк, мысленно подтягивая «обезьян» к усадьбе.

Увы, но пусть о временно, но всё-таки «хорошем» сценарии развития событий кажется следовало забыть. Там, где Малк втирался в доверие, чтобы узнать чужие секреты, Моравия тянул время, чтобы нанести коварный удар. Причём Зизз успел просчитаться в оценке способностей противника, и теперь наступал черёд Малка знакомиться с масштабами своих ошибок…

— Кстати, вы ведь сказали «во-первых», а что насчёт «во-вторых»? — спросил он, чувствуя как внутри разгорается азарт.

— Ну разумеется, — кивнул Моравия, видимо полностью перестав контролировать улыбку. — Во-вторых, любой маг, идущий путями демонов, обязательно отдаст дань уважения истинному изображению Плетельщика. Не ради веры, нет, из утилитарных соображений. Просто чтобы этот мстительный демон в ранге Слушающего Бездну не обиделся и не начал вмешиваться во взаимоотношения с его слугами…

— А я ничего такого не сделал? — задал в общем-то риторический вопрос Малк, осторожно перемещая правую ладонь к рукояти артефактного револьвера на поясе.

— А вы ничего такого не сделали, — с издёвкой повторил Зизз и как-то особенно мерзко, по-демонски, осклабился: — На чём и погорели… Ловушка!

И с этими словами он перекатился за диван, попутно складываясь словно бы сам в себя. Время болтовни очевидно закончилось…

Вне всяких сомнений нападение на неприятных для хозяина гостей в поместье было отработано до мелочей.