Ученик своего учителя. Том II (СИ)

Как с поезда сошёл, так сразу сюда кинулся, — по-доброму засмеялся Толстый и от этой его доброты у Малка засвербело под ложечкой.

Видимо нечто подобное ощутил и Скел, потому что он помрачнел и, поудобнее перехватив штуковину у себя в руке, сказал:

— Она плохо себя чувствует и к гостям не выходит. Тем более к таким! Так что если у вас всё, то…

— Замри! — вдруг приказал Толстый с какой-то странной интонацией.

После чего отчим издал невнятный возглас и ничком повалился на землю. Ни защитные амулеты, ни магические Щиты — если они у него были, — против волшбы Скела не помогли.

Малк же на фоне столь эффектной демонстрации магии Звука некстати вспомнил про свою наилегчайшую победу над Лоуренсом и Гильермо Сунет. Владей они своим Даром хотя бы на в половину меньшем уровне и весьма вероятно, что история его встречи с ними закончилась бы совсем иначе.

— Он, кстати, жив. Можно не беспокоиться, — выдал в пространство Толстый.

На что Малк, который как раз расплачивался в кассе мыслеграфа, едва не сообщил тамошней работнице об отсутствии у себя на сей счёт всяких сомнений.

Уж что-что, а портить отношения вот так сразу Столпы не будут. Потом — возможно, но не сейчас.

Но вот чего Малк не ждал, так это того, что следом Толстый вдруг выдаст:

— Изольда, дорогая, я даже отсюда слышу твоё дыхание. Тебе не кажется, что тебе уже пора выйти на сцену?

От этих слов Малк дёрнулся и, помянув демонов, едва сдержался, чтобы не рвануть обратно домой. Умом он прекрасно понимал, что семье ничего не грозит, что ото всего происходящего отдаёт дешёвой постановкой — причём нацеленной на одного единственного зрителя! — а так же то, что его отношения с Изольдой в принципе сложно назвать родственными, но мать есть мать, и оставлять её в лапах манипулятора из Столпов он категорически не желал.

Впрочем с эмоциями Малк справился быстро. Прекрасно осознавая, что единственный для него шанс обрести хоть какую-то свободу от таких вот визитов — это довести начатое до конца, — в итоге никуда он не побежал и остался «досматривать» представление там, где был.

Пока он терзался сомнениями задуманное Толстым действо шло своим чередом, и после короткой паузы во двор вышла мать. Так, как она умела. Внешне ни капли не испуганная, в лучшем своём платье, с по аристократически прямой спиной, гордо вскинутым подбородком, а также общим ощущением той властности, что обычно присуща лишь членам старых Домов, и которая теперь окутывала Изольду точно плащ.