Ученик своего учителя. Том II (СИ)

 — Ещё как стоит! Скажу больше, если нас не устроит результат затеянной тобой игры, то я лично… слышишь?.. лично поработаю над мозгами не только твоего отчима, но и любимых сестрёнок! Уяснил?

— Более чем, — ледяным, каким-то материнским тоном, сказал Малк. — Вот только кто сказал, что и я не сделаю какую-нибудь глупость? Вроде выборочного разрушения своего Дворца Духа с нужными вам знаниями, передачи фрагментов своей памяти, например… например, Авалону или императору Арктавии. Как вам такой ответ?

Во дворе снова повисла тишина, прерываемая лишь похрапыванием крепко спящих родителей.

Ни Малк, ни Толстый не издавали ни звука, буравя друг друга взглядами. Пока замерший было Младший Магистр вдруг не отмер и не рассмеялся.

— Ха. Чую, наши переговоры будут о-очень интересными! — воскликнул он, хлопнув в ладоши и энергично их растерев, после чего неторопливо развернулся и двинул по направлении к калитке. Однако до двери он не дошёл и, остановившись, бросил через плечо: — Кстати, когда они начнутся?

Вопрос повис в воздухе, и Малк вдруг ощутил себя словно бы на краю пропасти перед ниткой волшебного моста.

Отступи — и сохранится шанс пусть на плохую, но всё-таки жизнь, сделай шаг вперёд — и дальше уже будет не остановиться, а назад не вернуться.

— Завтра. Моя марионетка нацарапает на стене нужный адрес, — наконец сказал он.

И тут же заработал довольную улыбку Толстого.

— Вот и отлично. Уверен, завтра будет отличный день, чтобы поставить последнюю точку в твоих крысиных бегах.

Верно, маленький Бакалавр?

— Вне всяких сомнений, уважаемый Младший Магистр! — в тон ему ответил Малк, и эта, выжавшая из него все соки беседа, закончилась.

Наступало время Большого Плана…

Несмотря на боевой настрой сказать, что разговор с толстяком из Дома Сунет — думать о нём так было гораздо приятнее, чем как о просто Толстом или Младшем Магистре — на Малка никак не повлиял, было нельзя. И дело даже не в том, что он воочию убедился во влиянии жирного ублюдка на мать и, как следствие, в его вине за неприятие Изольдой сына, но и в снятии завесы тайны с собственного рождения.

Малк столько лет мечтал как найдёт отца, как встретится с ним, как посмотрит в глаза и спросит какого Йорроха тот выкинул его на улицу — сам ходил по библиотекам, госпожу Леару просил о помощи, — а стоило делу сдвинуться с мёртвой точки, появилась определённость с принадлежностью к Дому, и он ощутил ко всей этой теме полнейшее равнодушие.