Ученица Хозяина Топи (СИ)

Да только не отшагнула Веся, руки на груди скрестила и вперила взгляд сердитый, — ревнуешь..?

Сказал, а сам скалится. А Веська-то от такого заявления весь воздух потеряла.

— И не думала даже! — ответила-то так поспешно, точно сама той мысли испугалась. А магик на свой лад принял, засмеялся тихо, с хитрым прищуром ее разглядывая.

— Точно ревнуешь, — а сам довольный такой.

— Это чего бы мне учителя ревновать к девицам всяким? — фыркнула снова, да уж понимала, что переигрывает.

— А ежели скажу, что ничего у меня с ней не было? Я лишь крови взял, да отплатил как положено.

— А то мне дело есть! — и нос еще выше вздернула.

— Ты такая милая, когда злишься, — снова засмеялся, а сам с тенью слился, чтоб миг спустя за плечом ее возникнуть.

— Вот еще! — в сторону шаг сделала, да только ее тенью окутало, не позволяя с места сойти. — Ну-ка, пусти меня!

— Говорю, не было там ничего.

— Да так я и поверила! — уже не так уверенно прошипела, пытаясь из липкой тьмы выкарабкаться.

— А во что же ты веришь? — а сам снова за плечом у нее стоит. А тьма точно по коже уже скользит. — Представляла значит, что там на поляне происходит? — уж окутал мрак тягучий девичьи ножки, под подол пробираясь.

— Лесьяр! — на такую наглость Веська не удержалась уже — шарахнула по мраку. Путы ослабли, но магик лишь посмеивался. — Святъ!

Зажегся светлячок, Лесьяр уже, как оказалось, в кресле устроился, да совершенно невинно на нее взирал, точно и не пытался только что тьмой своей ее лапать.

— Я тебе мало вчера показала, куда мужиков зарвавшихся бить надобно? Могу повторить урок! Для учителя бесплатно!

Лесьяр руки примирительно поднял.

— Все-все, ты победила, — а после кивнул ей на постель, — присядь.

Вешка руки снова на груди скрестила, не желая маговым указаниям следовать. Тот глаза закатил, выражая свое отношение.

— Ты так и не ответила, где была.

— К Миланье ходила, — все ж ответила.

— Одна? — точно хотел что-то другое услышать.

— Это еще ты мне о ревности говоришь? — покачала головой с осуждением в голосе.

— Твоя правда, — а губы снова в улыбке растянул, отчего черты лица его словно просветлели. И так, зараза, красивый был, а как улыбался, у Веськи и вовсе колени подкашивались. Да только ему того знать не надобно. — Но я не из-за ревности спрашиваю. Арьян опасен, Весенья. Много девиц сгубил.