Ученица Хозяина Топи (СИ)

Лесьяр же нахмурился. Как эту девчонку понимать, спрашивается? Вот другие девицы на болото приходят, сразу знают зачем. Кто шелка просил, кто золото, кто зелья какие, а многие его завидев, да чары его на себе ощутив, с радостью и на другое готовы были… Головой тряхнул, из сознания образы выкидывая. Нет, Весенью он тоже хорошо представить мог, лежащую на зеленом мхе с щеками алыми, дрожащую в предвкушении. Да только неправильным то казалось. Она наивная такая, мягкая, да податливая, хотя духом сильна. Ведь поманит — пойдет за ним.

Поцелует — не откажет, не отвернется. А ежели он захочет дальше пойти? Сглотнул, о том раздумывая. Но что потом будет? Смущаться будет? Расстроится, что поддалась? Наверняка… Нет уж, сперва он сам решить должен чего ему от нее надобно.

— Я тоже поговорить хотела, — от мыслей его отвлекла, — я, конечно, обещание давала…

Но не успела продолжить, как на тропку, где стояли они, выскочили потанята. Измочаленные все, в тине еще пуще перемазанные.

— Хозяюшка! — взмолились, к той кидаясь, да за юбку пальчиками хватаясь.

— Опять бесы? — всплеснула руками, а после ребятню обнимая, да успокаивая. Те закивали.

— Прямо к башне уже вышли!

— Мы дрова кололи, ты ж велела натаскать!

— А они нас в топь давай макать!

— Вот паршивые отродья! — прошипела Весенья.

Лесьяр на происходящее с иронией глядел.

— И что делать будешь? — спросил у Веши.

— Задам им по первое число… — протянула ведунья, зубами поскрипывая. Своих подопечных в обиду давать она не собиралась.

К башне вернулись скоро. Лесьяр устроился тут же, на скамеечке рядом со входом, с улыбкой готовясь наблюдать представление. Воинственность Весеньи его забавляла.

Девушка же, проводив чертят внутрь, прихватила из кладовой метлу.

— Эй, кто тут хотел ко мне в услужение? Кому силы надобно? — закричала на все болото к кромке воды подойдя. Магик улыбки на то не сдержал, не боится ведь.

Ноадь водная заволновалась, да показались три макушки. А после уж и сами бесы на бережок стали выкарабкиваться.

Веша их прежде не видывала, потому теперь едва удерживалась, чтоб с визгом не отпрянуть. На кочки похожие, все какие-то нескладные, с руками длинными, ногами-ластами короткими. Лица — широкие да плоские, изо рта клыки в разные стороны торчат, все кривые. И сами зеленые, в бородавках. Одежду им заменяла тина болотная, на поясе бечевкой прихваченная на манер повязки набедренной.

— Мы хотели, — а голоса-то скрипучие, надсаженные.