Ученица Хозяина Топи (СИ)

А сейчас спать пора… куда бы мне вас пристроить? — оглядела комнату. Рядом с кроватью стоял небольшой резной столик. У противоположной стены — шкаф трехдверный, а с ним рядом, до окна, большой сундук с плоской крышкой. — Ну-ка, пойдемте-ка со мной.

Чертята переглянулись, но послушно постучали копытцами следом за Вешей. Девушка же крадучись вышла из спальни, направляясь в давешнюю свою каморку.

— Тюфяк берите, — махнула рукой, к себе подзывая.

«А ростом то мне по пояс», — отметила с улыбкой. Никак не шло из головы, что больно на двух мальчишек похожи, коли на ноги не смотреть, да на носы-пятачки.

Мальцы споро ухватили тюфячок, пока Веша покрывало с одеялом в рулон сворачивала, и подушки еще им сверху кинула.

В комнату вернувшись указала им тюфяк на сундуке разложить. Пришлось тот, правда, вдвое складывать, да так еще и мягче оказалось, а малым с их ростом и вовсе все удачно получилось.

— Ну вот, теперь другое дело, — постель и правда получилась удачная.

— Ну-ка! — схватила обоих за шкирки. — Сперва умыться, потом в постель!

Переглянулись между собой, да делать нечего…

Утро началось с перелива птиц за окном. То было первым, что Вешка услыхала еще даже не распахнув глаза. Веселый щебет перемежался с клекотом, пташки то и дело перелетали с окрестных деревьев на подоконник ее распахнутого окна, рассказывали о чем-то, заглядывали в комнату, а после — срывались с места обратно к лесу.

Какое-то время Весенья просто лежала в коконе одеяла, только лицо наружу выставив, да наблюдая за пернатыми, пока сон после ночи отступал. Но вот взгляд стал более осмысленным, девушка села, свесив ноги с постели, потянулась от души, зевнула. Неожиданно нащупался толстый ворсистый ковер. Мягонький такой, из светлой валяной шерсти.

— Вчера же еще не было! — воскликнула удивленно, щупая стопами, — и откуда что берется?

Глянула на сундук, но потанек в постели не оказалось.

Вспомнилось, правда, что они сами ей в помощники напросились, а тут и нет их, да только Веше и самой надобно к магу идти, не до хвостатых сейчас.

Поднялась, сарафан натянула.

— Один остался… — подумала с сожалением, вчерашний сгоревший не залатаешь никак, ежели только заплатищей какой, да Весенья никогда в шитье мастерицей себя не считала.