Ученица Хозяина Топи (СИ)

Подмывало выспросить у магика, что же он придумал, да только ведь все равно не расскажет.

Руку дернуло болью — задела порез. Зашипела, чуть не выронив посудину, да взвар расплескав.

— Я и забыл совсем, — заметил, стол обогнул поспешно, ее руку в своих ладонях к себе поворачивая, — прости, отвык я, что заботиться нужно о ком-то, — а ухмылка то какая-то грустная вышла, — мазь принесу, намажешь — к утру заживет уже.

— А давно ты здесь? — спросила, аккуратно вытягивая ладошку из его пальцев.

— Прилично, — отозвался устало, отпуская, а после к выходу направился, через плечо кинув, — сейчас вернусь.

Вздохнула Весенья и сама через зал в спальню направилась, дверь только закрывать не стала, чай поймет, что она там.

Потаньки, убедившись, что хозяюшка в надежных руках, спали уже, довольно посапывая. Да только прежде чем легли, камин затопили, так что теперь и здесь по полу не холодом сквозило, а тепло мягкое разливалось.

— Весенья? — а ходит то, и шагов не слышно. Вздрогнула даже, что голос его бархатистый, совсем рядом раздался внезапно. Обернулась порывисто, — вот, на порез нанеси, да перевяжи чем.

Кивнула, принимая маленькую баночку, полную пахучей мази.

Лесьяр тоже кивнул в ответ.

— Ну, — замялась на пороге, и с чего так неловко? — доброй ночи.

— Доброй, — на улыбки магик сегодня был особливо щедр.

Дверь прикрыла, прислушиваясь, как Хозяин по лестнице к себе поднимается.

— Ой, влетит нам с тобой, Славка! — причитал раздосадованный голос с кухни.

— Да мы сейчас быстренько, мети, давай.

— Да увидит под столом!

— Что тут у вас происходит? — Весенья остановилась в дверях, глядя, как потаньки, все в чем-то липком перемазанные, да еще и в дыму каком-то, вениками машут. В носу защекотало, что девушка не сдержавшись чихнула.

— Ничего-ничего, хозяюшка, — пытаясь загрести копытцем под стол что-то на полу отозвался Зарька. Приглядевшись, Весенья, наконец, поняла… и в чем перемазаны эти бедокуры, и что они метут.

— А мука у нас теперь россыпью под столом значит храниться будет? Или это тоже «ничего-ничего»? — и под взглядом строгим чертята потупились и хвостиками своими переплелись.

— Мы хлеба хотели испечь, — виновато сообщил Славка.